Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но если присмотреться и знать, куда именно смотреть, то можно определить, что две вертикальные линии от пола до потолка — это следы сдвижной грузовой двери, открывающей доступ к содержимому технического вагона.

Половина шестого и половина седьмого вагона, — тоже герметичный переход, дополнительные сцепки, а вот окружность заслонки огневой бойницы…

Седьмой вагон прикрытия — он действительно имеет самый обычный вид. Но если дать увеличение, можно будет рассмотреть заглушки бойниц.

Затем пошли пейзажи, заснятые справа и слева от полотна, потом другой изобразительный ряд: какие-то прижелезнодорожные пустыри, свалки, жёлтые вагоны с красными полосами и надписями «Лаборатория» или «Дефектоскопия». Последние фотографии капитаны просмотрели без интереса, Малков снова вернулся к снимкам БЖРК. Многозначительно посмотрел на представителей Минобороны. Это была полная расшифровка.

Провал.

— Хорошо, что они только пассажирский отсняли, — сказал Борис Иванович.

— А могли военный эшелон сфотографировать или специальные перевозки…

Фээсбэшники не поняли, что является главным в собранной шпионами информации. Большинство их руководства считало, что самым убийственным является карта радиоактивных загрязнений окружающей среды, способная скомпрометировать Россию в глазах международного сообщества. Судя по всему, и Борис Иванович разделял эту точку зрения.

— Да, хорошо, — машинально повторил Малков, пристально рассматривая Кандалина.

Тот понуро опустил голову. За провал по головке не погладят. И в чём состоит именно его вина, разбираться никто не будет. Выгонят, к чёртовой матери, на пенсию — и дело с концом. Или сошлют военпредом на секретный завод в сибирской глуши. Если только как-то не доказать свою нужность и полезность. А как это сделать в сложившейся ситуации?

— Спасибо, Борис Иванович! — сказал Малков с теми же интонациями, с какими накануне благодарил отставника-ветерана.

— Мы вернёмся в город с Олегом Станиславовичем.

— Рад быть полезным! — с профессиональной любезностью отозвался тот.

И проводил уходящих офицеров пристальным взглядом. Странно, представители Министерства обороны и центрального аппарата ФСБ совершенно не заинтересовались главным — картой радиоактивных загрязнений! Не вызвала их интереса и уникальная шпионская аппаратура.