Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Но она не привлекла внимания араба.

— Как оказалось, что ты связался с ФСБ? — спросил тот.

— О чём разговор, Салим? Я тебя не понимаю!

— Я проверял тебя. Перезванивал через полминуты после каждого звонка. И у тебя было занято! Ты докладывал своим хозяевам!

— Ерунда!

— Возможно. Только я уже не хочу пользоваться твоей помощью. Я уйду сам, прямо на небо. А тебя отправлю в ад. Вместе с этим гнусным поездом и этими никчёмными людишками!

Салим всегда был немногословным.

Сегодня он просто разболтался. Наверное, железные нервы расслабились перед смертью. Нагнув голову, он поймал проводок зубами.

Если бы Мачо не пил русской самогонки, он бы стал анализировать возможные варианты развития событий. Или просто закрыл глаза, примирившись с неизбежным. Или…

Но он просто шевельнул пальцем. Быстро, интуитивно, не задумываясь о последствиях.

Влад Малков не мог раздобыть ему ни «кольт», ни «Дезерт Игл».

Но он догадался замаскировать обгипсованным бинтом обычный «макар», подобранный на месте нападения на БЖРК. Сейчас ствол пистолета смотрел прямо в лицо террористу.

Грохнул выстрел, огонёк пламени прожёг бинт, пуля вонзилась в переносицу Салима, наискосок прошла через мозг, вышла через затылок, на излёте ударила в верхнюю полку и обессиленно упала вниз. И окровавленное лицо террориста уткнулось в крышку столика, ещё пахнущего салом и солёными огурцами.

Мачо быстро вскочил и осторожно высвободил проводок из крепко сжатых зубов.

— А-а-а, человека застрелили! — заголосила какая-то женщина.

— Милиция! Убивают!

Пассажиры бросились в разные стороны. В вагоне начиналась паника. Мачо растерялся. Надо было успокоить людей, но он не знал, как это сделать. Влад Малков привычно бы выкрикнул: «Спокойно, ФСБ!» А что мог крикнуть он? «Спокойно, ЦРУ»? Пожалуй, это только усилило бы панику.

А скорей всего, его бы приняли за сумасшедшего. Поэтому Мачо опустился на полку и стал освобождать правую руку от маскировочной повязки.

***Огромное, кубической формы, здание аэропорта Шереметьево-2 напоминало растревоженный пчелиный улей. Потоки разношёрстной публики текли в различных направлениях, сталкивались, закручивались водоворотами, сплетались и расплетались.