Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Хотя сейчас и в другой семье живет, а что я прошу, в два счета! Без вопросов!

Еремеев расплылся в улыбке.

– Я так и знал. Генерал, он и есть генерал! Давай по последней…"

"После обеда стажеров посадили в автобус и долго вывозили из напичканного скрытыми постами леса. А ночью они уже грузились в поезд «Красноярск – Москва». В вагоне долго разговаривали, тайком от сопровождающего – подполковника Волкова, пили купленную на станции водку. Вконец опьяневший Коротков пугал всех отцом – московским генералом, потом они со Смыком пытались петь под гитару, наконец под натиском возмущенных пассажиров угомонились и заснули.

Вагон раскачивался, мерно стучали колеса, тусклый свет ночников размывал силуэты спящих молодых людей, которым предстояло своими руками держать тяжелый ядерный щит страны, о котором много говорят и пишут в газетах. А также ядерный меч возмездия, о котором почему-то никогда не упоминают.

На рассвете Кудасов неожиданно проснулся. Состав стоял в заснеженном поле, вдали в предутреннем тумане темнела кромка леса.

В вагоне было холодно, он плотней закутался в одеяло. Сон прошел. Александр смотрел в окно и думал о том, как сложится дальнейшая жизнь.

Можно, конечно, посидеть несколько лет под землей, зарабатывая выслугу и льготы, только как приживется в глухом лесу Оксана? И что она будет делать, пока он неделями несет боевое дежурство? Интересно, правду говорил Еремеев, или врал про ручной запуск? С одной стороны, зачем ему врать, с другой – пешек в большой игре не считают… А все россказни про разумность «изделия» – имеют ли они под собой какую-нибудь почву? Или это плод воспаленного воображения, стрессовых нагрузок и недостатка кислорода? Хотя сейчас все самые невероятные истории казались достаточно правдоподобными…

Вдали раздался пронзительный гудок приближающегося тепловоза.

Значит, они пропускали встречный. Наверное, в этих бескрайних просторах поезда не часто встречаются друг с другом.

Послышался стук колес, и по соседней колее на большой скорости прошел пассажирский состав. Он был коротким. Аккуратные новенькие вагоны с наглухо закрытыми окнами быстрой чередой промелькнули мимо. Ни одного огонька, даже тусклый свет ночников не пробивается наружу. Зато лежащий на верхней полке Кудасов многократно отразился в пролетающих черных стеклах. Что-то ворохнулось в его душе, легкая тень тревоги пробежала по нервам.