Байки нефтяного Севера читать онлайн

Тот тоже, как начнет фронтовые эпизоды вспоминать — так до косноязычия. Я и то удивился — что ж он, капитан запаса, в бригадирах, а не предколхоза. Да, говорит, у нас главная усадьба за восемьдесят верст, а я туда переезжать не захотел. А потом уж молодежь появилась, побольше грамотные.

Наутро посадил он меня в мотоцикл, прихватили рыбы, орехов — и к нам. За полтора часа и доехали по дурной таежной дороге. Они еще потом с майором нашим немного попили, спели ""Артиллеристы, Сталин дал приказ…"" — но я уж к ним только на минутку забегал, дел было много.

Да, хороший мужик был Федор Федорыч, а я к нему поначалу, как к дикому Пятнице… Теперь-то вряд ли живой, там так долго не живут."

"Я под влиянием этой встречи эвенками заинтересовался, читал кое-что, людей спрашивал. Получается вот что — эвенки, ""следопыты верхом на оленях"", это этнос не так и молодой, лет с тысячу, но по Сибири они расселились, придя с Амура, совем недавно, начиная с XVII века. Народ-то очень миролюбивый, в отличие от своих родичей — манчжуров и дауров, резаться за охотничьи угодья не резался.

А вот когда русские казачки, воспользовавшись московскими неустройствами Смуты и Бунташного века, вырвались из-под государственной опеки и за пятьдесят лет прошли от Урала до Охотского моря — установили они в Сибири хоть бандитский, но порядок. Плати за крышу — называется ""ясак"" — и дальше живи спокойно. Никакой новый Темучжин-мирозавоеватель не появится и кочевья жечь не будет. Вот в условиях этого относительного порядка эвенки за два с половиной столетия и прошли от Приамурья до Енисея, заселив тайгу. На редкость, говорят знающие люди, приспособленная к таежным условиям культура. Прекрасно вписались в местное разделение труда со скотоводами — якутами и бурятами и с пахарями — русскими насельниками. Даже и советская власть в первой половине их не особенно сумела достать. Это уж когда над Ангарой и Илимом зажглись романтические костры первопроходцев-гидростроителей — то да! Против лома нет приема. Нет в Сибири народа, который был бы устойчив против ""огненной воды"". Наши-то с вами предки принимают на грудь от двух тысяч лет с брагой для славян до пяти с вином для евреев либо ""кавказских лиц"", так что пращуры наши, Бахусу собой жертвуя, какую-то устойчивость в генах выработали. А у сибирских аборигенов устойчивость от предков к мухоморному отвару, а не к ""одеколонке"". Но мы об этом подальше поговорим.

ХантыДругой аборигенский эпизод с чужих слов.