Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Ты эти сказки детишкам рассказывай, — не успокоилась ее объяснениями Марфа, — а мне правду скажи, зачем кольцо себе оставила?

— Я сказала правду, клянусь, — Сычиха посмотрела ей в глаза — прямо и спокойно.

— Тогда покажи мне, где ты похоронила ее, — велела Марфа.

— Столько лет прошло, — пожала плечами Сычиха, — я и не помню, где. Лес-то большой, путаный.

— Значит, грех помнишь, а в каком месте сокрыла его — нет? Не верю! Ни единому твоему слову не верю! — вскричала Марфа. — Жива моя дочь. Ты украла ее и отдала на воспитание в другую семью, чтобы я не смогла рассказать Петру о нашей дочери.

Ты Петра охраняла, а обо мне и не подумала. Верни мне Настю — живую или мертвую, верни мне ее!

— Так и быть, — решилась Сычиха, — пойдем в лес, покажу тебе ее могилку.

Марфа вся задрожала и покачнулась — Сычиха безрадостно взглянула на нее и вышла из гостиной, словно показывая дорогу.

— Здесь, — сказала она, когда они пришли.

Марфа, которая все это время шла за ней молча и послушно, точно на привязи, оглянулась — место было светлое, тихое, красивая полянка в ельничке неподалеку от избушки самой Сычихи.

У Марфы подкосились ноги, и она упала на колени на снег возле небольшого холмика, обозначенного деревянным крестом, на перекладину которого была прикреплена выцветшая, с почти неразличимым ликом иконка.

— Настя… — прошептала Марфа и заплакала — тоненько и жалостливо.

— Плачь, Марфа, — Сычиха подошла к ней и погладила по голове, — тебе есть, о чем поплакать, Марфа.

— Доченька моя, — Марфа упала лицом в снег и обняла обледенелый холмик.

— Я говорила тебе — будет тяжело, — промолвила Сычиха и пошла прочь.

— Стой! — Марфа вдруг цепко схватила ее за руку. — Врешь, еще не все. Копай, я хочу убедиться, что она там.

— Ты сошла с ума, Марфа, — Сычиха попыталась было освободиться, но Марфа не отпускала ее.

— Я не верю тебе — моя девочка жива, — глаза Марфы горели совершенно безумным, холодным огнем.

— Что ты хочешь увидеть? — оправдывалась Сычиха.

— Горсть праха? Опомнись, охолонись. Нет у тебя дочери, Марфа, она умерла. 20 лет назад. И не тревожь ты ее ангельскую душу.

— Настя! — дурным голосом взвыла Марфа. — Бедная моя, Настенька…

Когда Сычиха вывела ее из леса, Марфа по дороге пошла к городу. Сколько она шла, как смогла дойти, Марфа не знала — мир померк вокруг нее, и жизнь остановилась. Марфа брела, не глядя по сторонам, не слыша окриков, и едва не угодила под сани, лихо подкатившие к трактиру.