Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Для тех, кто глядел снизу, это было великолепное, но пугающее зрелище.

Немного погодя он повернул к плоскогорью, поскакал крупным галопом – тем аллюром, которым он намеревался приблизиться к краю утеса, – и вдруг опять натянул поводья, да так, что конь едва не опрокинулся набок. Снова галоп – и снова остановка. Карлос повторил этот маневр раз десять-двенадцать, направляясь то к краю утеса, то к плоскогорью. Разумеется, его конь мог бы скакать куда быстрее. Но о том, чтобы гнать во весь дух, и речи не было. Остановить коня, мчащегося со всей быстротой, на какую он только способен, на расстоянии двойной длины его тела от края пропасти совершенно невозможно, даже если пожертвовать его жизнью.

Пуля, попавшая в сердце, и та не смогла бы мгновенно остановить на таком небольшом расстоянии скачущую лошадь. Хороший галоп – большего нельзя было ожидать в таких условиях; так решили и судьи, наблюдавшие за приготовлениями, когда Карлос спросил их об этом.

Наконец он повернул коня к утесу и поудобнее уселся в седле.

Его решительный взгляд говорил, что пришло время приступить к испытанию.

Легкое прикосновение шпор – конь тронулся с места. И в следующую секунду он уже скакал галопом прямо к краю утеса.

Все взгляды, пристальные, напряженные, прикованы к всаднику. Все сердца тревожно бьются, зрители замерли; слышно лишь их неровное дыхание да стук копыт о твердый грунт плоскогорья.

Неизвестность длится недолго. В двадцать скачков конь приблизился почти к самому краю, от черты его отделяет расстояние не более шестикратной длины его тела, а поводья все еще висят свободно.

Карлос не натягивает их; он знает, что стоит тронуть повод – и конь остановится, а сделать это до черты – значит проиграть. Еще прыжок... еще... еще...

– Эй! Он перескочил... Великий Боже! Он свалится ! раздались возгласы среди зрителей.

Это они увидели, что Карлос на всем скаку пересек черту. Но тотчас же раздались громкие приветственные крики. ""Viva! "" неслось из долины. ""Viva! "" – кричали те, кто следил за Карлосом с плоскогорья.

"В тот миг, когда конь, казалось, готов был перемахнуть за край обрыва, Карлос резко натянул поводья, и передние копыта коня застыли в воздухе. Осев на задние ноги, он словно врос в твердую, надежную почву плоскогорья. Так он замер в каких нибудь трех футах от края утеса. И тогда всадник поднял правую руку, снял сомбреро, помахал им в знак приветствия и вновь надел.

Для тех, кто смотрел снизу, это было великолепное зрелище.