Name: В ритме сердца
Author: Тори Майрон

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Скажи правду – ты всё-таки её трахаешь, а всё это удочерение не что иное, как прикрытие для прессы?

– Нет, Адам. Я же сказал, что она моя дочь. Я прекрасно понимаю, почему ты не веришь моим словам, но я в самом деле хочу попытаться хоть немного искупить свои грехи.

– Тебе жизни не хватит, что сделать это.

– Знаю, но надеюсь, что мне хватит времени сгладить хотя бы часть из них. И потому я хочу извини…

– Ой, убереги меня от своих извинений, Роберт, – грубо отрезает Адам. – Мне хватило твоей насквозь фальшивой речи перед гостями.

Покрасовался перед народом – и славно. Мне же ничего не нужно. Ничего, кроме правды, которую рано или поздно я узнаю. С твоей помощью или без. Что бы ты мне ни говорил, ничто не сможет изменить моё мнение – эта девчонка всего лишь ещё один твой новый проект, рабочий инструмент для достижения определённой цели. Только какой, Роберт? Что ты задумал в этот раз? Ты всегда использовал людей, выжимал из них максимальную для себя выгоду, и она не исключение. Я в этом уверен.

– Я вижу, что никакие мои доводы сейчас не смогут убедить тебя в том, что я изменился.

– Ты прав: никакие. Я знаю, что ты врёшь. Вот и всё! Люди не меняются так резко, а такой человек, как ты, так подавно. Для тебя женщины всегда были не важнее мебели в этом кабинете. Я бы мог ещё хоть немного поверить в неудержимую вспышку страсти на закате лет, но в родительскую любовь – ни за что!

– Сейчас нет смысла об этом говорить, но со временем ты обязательно поверишь, Адам, – люди меняются.

И как показывает мой опыт, они способны стать теми, кем говорили, что никогда не станут. Это происходит не по своему желанию, а вопреки. Незаметно даже для самих себя. Просто иногда в жизни появляется тот, кто позволяет ощутить нечто новое, в корне отличающееся от того, чего ты придерживался на протяжении всей жизни. И для изменений не обязательно должны пройти годы. Иногда хватает пары месяцев, недель, а то и дней, чтобы понять, что ты больше никогда не будешь прежним. Не потому что не хочешь вернуть всё на круги своя, а потому что это тебе больше неподвластно, – по мерно плывущему голосу мистера Харта, мне представляется, как он говорит об этом, стоя возле окна с устремлённым в ночной сад меланхоличным взглядом.

"– Теперь ты ещё и в философы подался? – сын остаётся абсолютно непреклонен в своём скептицизме. – Говори что хочешь. Не поверю я в твою доброту, можешь даже не надеяться. И в то, что люди так меняются – тоже.

– Ещё как поверишь.