Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Для боевых генералов такая ситуация выглядела как минимум странно.

В общем, фон Миллера поддержали Горчаков и Марков[6], остальные решили не вступать в конфронтацию с командующим. Римский-Корсаков сидел мрачнее тучи и уже начал дёргаться, когда вынужден был обосновывать долгий марш, проблемы с обеспечением корпуса, а теперь ещё глупые планы австрийского генштаба. Понятно, что вопросы по деятельности союзников были просто критикой, такое бывало и раньше. Но для меня было крайне важно показать командующим полками всю гнилую суть предстоящей кампании и отвратить русское офицерство от Австрии.

До недавних пор Вена считалась главным и самым надёжным союзником Санкт-Петербурга. Теперь всё в прошлом, былого единства давно нет и Россия способна сама решать свои задачи. Уж бить турка можно без чьей-то помощи, лишь бы не мешали. Но в армии до сих пор очень хорошо относились к этой загнивающей стране, всё-таки общий враг сближает. Нам же давно пора идти своей дорогой, что я аккуратно и пытаюсь донести до офицеров с генералами.

В реальной истории произошло отрезвление части нашего общества после откровенного предательства, так называемого союзника. Но Александр был человеком великодушным и влез в новую авантюру, которая закончилась катастрофой. Моя задача этого не допустить и пусть предстоящие потери будут тем Рубиконом, после которого Россия окончательно разорвёт союзнические отношения с Австрией.

Я не занимался подрывной деятельностью. Это глупо и граничит с предательством.

Но генералы и офицеры должны понимать, что мы не бараны, которых ведёт на убой австрийский пастух. И выполнять полностью все их распоряжения просто форменный идиотизм. А то нам уже выдали инструкции, как части должны располагать по Лиммату и Цюрихскому озеру, чуть ли не поротно. Насколько я помню, у Суворова были постоянные конфликты с индюками из Гофкригсрата, которые в итоге вынудили его идти осенью через Швейцарию и терять людей на перевалах. У нас пока дело до открытого противостояния не дошло, но всё ещё впереди.

Жалко, что я совсем не помню причины разгрома корпуса Римского-Корсакова. Поражения гораздо менее приятно рассматривать, чем героический поход великого полководца. В общем, настроение у меня стремительно ухудшалось, и ничего хорошего я не ждал.

Далее пошло обсуждение рабочих моментов. Порядок следования, места ночёвок и прочая бытовуха, из которой на 95 % и состоит поход любой армии.