Забывший имя Луны читать онлайн

крест среди других церковных ценностей реквизировали большевики. В 1928 году директор Белорусского государственного музея выезжал с экспедицией в Полоцк, с целью найти реликвию. Крест был найден в местном финотделе и перевезен в Минск. В те года намечалось перенести столицу Беларуси в Могилев. Туда и попал в 1929 году Крест преподобной Ефросинии Полоцкой – он находился в комнате-сейфе Могилевского обкома и горкома партии. Началась Великая Отечественная война. Крест бесследно исчез. Все дальнейшие усилия его разыскать не дали результата.

P.S. Крест Ефросиньи Полоцкой, как и пресловутая Янтарная комната входит в десятку самых ценных пропавших предметов искусств. Охота за ними никогда не прекращалась, да и видимо не прекратится. Можно сделать копию, ничем не отличающуюся от оригинала, а вот духовное и историческое наполнение?

Глава 15

(Анджа, 1996 год)

Вообще-то я должна была умереть в двадцать девять лет от чахотки. Кроме шуток, точно. Особенно ясно я это понимаю, когда читаю русскую классику девятнадцатого века или смотрю хорошие экранизации.

"Туберкулез у меня подозревали с самого раннего детства. Приходила рыжая медсестра, делала уколы всему классу специальным шприцем-пистолетом. Сейчас это называется «реакция Манту», а тогда почему-то называлось «пиркэ». Что-то с научными приоритетами, должно быть. Через три дня та же медсестра маленькой голубой линеечкой измеряла расплывшиеся красные блямбы на наших тощих предплечьях, записывала в тетрадочку результат, и ее блекло-голубые глаза останавливались на мне с каким-то печальным недоумением, словно само мое существование в этом мире было досадной, но увы, непоправимой ошибкой.

– А знаешь, девочка, – меланхолично начинала она. – Сходила бы ты… сходила бы ты…

– В тубдиспансер, провериться! – бодро доканчивала я.

Вид у меня всю подростковость был до крайности чахоточный – бледная до зеленоватости кожа, большие глаза, обведенные черными кругами от неумеренного чтения и постоянного недосыпа, высокий лоб с голубоватыми тенями на висках, тонкие, длинные пальцы и та особая, чуточку манерная нервность, которая довольно часто отличает умственно и чувственно развившихся подростков от всех прочих возрастных категорий, придавая им с одной стороны необъяснимое и никогда более неповторимое очарование, а с другой стороны вызывая опасение и отталкивание, каковое бывает у здорового, нормального человека при созерцании повседневной жизни змей, стрекоз или крупных ящериц.