Близится буря читать онлайн

Они и охрана имения, они и телохранители. И девок у него с десяток, вроде наложниц.

— С десяток? Я не про девок, а про мордоворотов.

— Здесь с десяток. Они и охрана, и яхты экипаж. На Кривом больше, надсмотрщики и все такое. Из негров все больше. Но если надо ему, конфликт или что, то есть кого позвать и с кем объединиться…

— Это не так важно, — усмехнулся я. — Конфликта не ожидается. Не планирую я конфликта. А как вообще Тортуга с Овечьим связана?

— Через этих людей, что я назвал. — Анисим остановился, поставил ногу на небольшой камень, покачал его, потом пошел дальше, заложив большие пальцы за широкий толстый ремень.

 — Потом торговый совет острова, который тут всем заправляет, в делах с пиратами почти полностью погряз. Блажной, например, все захваченные суда скупает, на своей верфи перестраивает и гонит на продажу. Турецкие к христианам, к туркам — христианские.

— Не попадался?

— Хорошо переделывает. Не слышал пока про скандалы. И подозреваю, что покупатели тоже в курсе, поэтому не везде на них ходят.

Берут-то хорошо если за половину цены.

— А карта острова и города есть у тебя? — сменил я тему.

— Не слишком хорошая, почеркушки скорее, сам рисовал, — поморщился он. — Не озаботился тут никто картами, а как город застраивается — сам видишь, черт ногу в нем сломит, разбираясь.

— А на почеркушках своих отметить можешь дома этих вот… Гасана, Никона и Арсения?

— Могу, почему нет. Только ты с картой этой не попадись.

— Не попадусь.

— И это… с задумками своими ты меня не подставь.

 — Он опять в упор посмотрел мне в глаза.

— А ты к этому делу никаким боком не будешь. Мы все сами.

— Ты смотри, если яхту Плотникова захватывать решишь — ничего на ней не найдешь. Ни один суд такой абордаж законным не признает, а доказательств того, что он на Тортуге разбойничал, на самом деле нет.

— А татуировка на шее? — уточнил я, вспомнив рассказы.

— Татуировки для дураков хвастливых, а Арсений всегда умным был.

— То есть не обязательны они?

Тут уже с рассказами разночтение получалось.

— Нет, совсем не обязательны. Это обычно самая босота делает, из тех, кто своей смертью точно не помрет. А капитаны, как я понимаю, так не нарываются. Но точно не скажу, про Тортугу мало кто знает. По их понятиям вообще говорить с чужими про нее нельзя. Ни о чем, даже про погоду. Услышит кто из своих, что треплешься, — язык отрежут и щеки вскроют до суставов.

— Вишь ты как, — только и покачал я головой.