Больше, чем страсть читать онлайн

А так ничего, весело, с шуточками и прибауточками по жизни. Кроме одной темы."

"Старшие Архаровы от заботы и воспитания сына как-то совершенно устранились – отправили в Москву и все, как забыли. И их вроде и не волновало, не интересовало, что сыну пришлось там преодолевать – идти заново в школу, уйдя из циркового училища, куда он поступил на год раньше сверстников. А в школе сразу же начались проблемы – а как им не быть? Он цирковой паренек, знает, видел и умеет больше всех их, вместе взятых, он сексом заниматься начал в свой четырнадцатилетний день рождения, а эти все на понтах, с выкрутасами, столичные мажорчики.

К тому же девчонки все по Даниилу сохнуть принялись. Еще бы! Накачанный пацан с красивой мускулатурой, развитой не по годам, шустрый, острый на словцо и животносексапильный.

Даня пытался поговорить с родителями, наладить контакт в новых для них всех реалиях, но они вечно были заняты: работа, гастроли. И в какой-то момент он вдруг понял, что теперь он им не нужен и не интересен.

Совсем!

Это стало таким шокирующим потрясением для пятнадцатилетнего мальчишки, что его понесло просто вразнос – он стал курить, алкоголь пробовал, с Ритой скандалить начал, приехал как-то в подпитии к бабушке с дедом в цирк и наговорил им всякого. Кричал, что он им теперь по фиг и не нужен, хоть подохни, раз работать не может, и черт бы с вами со всеми.

Прибежали родители, успокаивать пытались, объясняли, что любят его больше всего на свете, а он вырывался и… много чего наговорил.

Наплакался и уснул от стресса и от того, что совсем не умел пить, прямо в директорском кабинете. Отец позвонил Рите. Та сразу же приехала, забрала Даниила, а увозя, высказала и свое нелицеприятное мнение:

– Какая же это у вас династия, если вы своих бросаете и списываете в самую трудную минуту жизни? Это не династия, а говно!

Извиняться ни Даня, ни Рита не стали. Но ощущение, что его предали самые близкие, родные люди и списали, как утиль из своей жизни, осталось с Казариным на долгие годы.

Закрепившись внутренней четкой установкой, что нельзя доверять кому-то абсолютно, открываться, верить, любить.

Нельзя любить так, как он! И Клео, и бабушек-дедов, отца с матерью – вся душа в них и в работе была, все до крови доверие, гордился ими, любил!

Нельзя доверять. Никому, кроме Риты! Она стала для него единственным близким человеком.