Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Надсодишься…

Стуков ловко задержал стягом бревно и весело кивнул орловцу.

— Всякое новое сооружение должно сначала выдержать самую большую тяжесть, товарищ.

Гурьян взглянул на часы. Канаты все еще шевелились, пели на железных валиках. Прошедший час истощил терпение людей. Костя заботливо стесывал остатки коры на сутунке, а орловец широким валенком приглаживал поката.

— Ты чего это? — посмеивались сзади.

— Так-то может застрять, — хозяйственно объяснил он. — Чего скалитесь?

— Да так… К барину-то теперь не собираешься?

— Подь вы! Молоко с губы вытрите.

Хлопушин выпрямился и, взмахнув топором, взглянул на Гурьяна.

— А ежели взаправду не пойдет, зауросит?

Директор шевельнул усами. От поляны глухо вспыхнули два выстрела. В сопках порывисто дрожал шелестящий, замирающий шум.

— Накатывай! — махнул рукой Гурьян.

Первым подбежал Морозов. В руках у него погнулся соковый стяг. Ловким толчком он закатил комлевой конец сутунка на мост и стал рядом с директором.

— Пущай!

Бревно вильнуло и с грохотом улетело вниз.

— Пошел! Пошел! — загремели голоса.

Морозов ухватил крепче стяг и поддел второй сутунок.

— Тише, верблюд, — рассмеялся Костя.

Сбоку воздушной дороги, по рыхлой накати медленно пыхтел в гору грузовик. Над рудником и тайгой неслись гудки, но люди не слышали их. Люди в давке бежали вниз. Людям скорей нужно было видеть, как воздушная дорога выбрасывает на поляну освежеванные бревна.

Морозов опомнился, когда заметил около себя одного Костю.

Расправив грудь, он дребезжаще рассмеялся.

— Идеть, окаянная сила!

— Идет! — отозвался парень. — Говорят, что сюда какие-то подъемные механизмы поставят, вот тогда начнет подавать…

— Механизмы, — орловец набрал в грудь воздуха и положил на плечо железную лопату.

Электростанция снабжалась топливом всего на несколько часов работы. Были дни, когда употреблялись на дрова бутары.

Энергетика, как и сам рудник, не пользовалась вниманием старого рудоуправления и треста. Слово «консервация» два года на всех собраниях и заседаниях настойчивее звучало на руднике. И вдруг оно сменялось словом «расширение».

Гурьян, разбрасывая ногами снег, с поднятой головой шел по равнине, на которую по покатам летели бревна. Технические руководители делили лес с хозяйственниками-снабженцами. Бревна громоздились в отдельные ярусы.