Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Разомлелые, в поту и облитые грязью с головы до ног, рабочие поодиночке потянулись к кладовым.

О гулкий пол, как выстрелы, зыкались удары брошенных инструментов.

— Тише, черти! — предупреждал каждый раз рослый седой старик материальный, когда рабочие небрежно обращались с вещами.

— Вон начальство с Борового приперлось. Вишь, шпанка!

Не жалко казенного! — подмигнул он Вихлястому.

Около Василия быстро выросла толпа.

Старые знакомые трясли ему руку и с любопытством заглядывали в лицо.

Вихлястый одной рукой обтирал пот с лица, а другой тащил Василия с седла.

— Ты разве не получил распоряжения насчет отдыха? — спросил Василий, усаживаясь на пень.

Вихлястый, улыбаясь, покосился на него и на рабочих.

— Нет!.. Какого приказа? А вы на Боровом разве отдыхаете?

— А ты думаешь как?.. Дисциплины, товарищ, не держитесь!..

Не забывай, что наша партия круто греет за головотяпство. Смотри, как отделал народ в день отдыха-то…

— Да это ништо, — вмешался в разговор старый шахтер, который принимал инструменты, — вот работа-то дурная у нас выходит кажин год… Тут, кроме килы, ничего не доспеешь… Вода одолевает кажну весну и стоит, почитай, за троицу… Я говорил Борису Николаевичу, что надо бы идти не колодцем, а забоем от речки.

Взял с поля и пошел накручивать штольней.

Привалившись на пне, Василий упорно смотрел вниз, где изгибалась стальная лента Пинчуги.

— Вот бы взять, примерно, по этой вымоине или от Медвежьего кривляка, — проектировал старик.

— Толку, Павладий, не будет, — внушительно заметил материальному Лямка.

— Вишь, ниже грунт-то камень на камне.

Старик взглянул на него и презрительно сплюнул:

— Каку ты язву понимаешь, комуха таежная?.. Где это видно, чтобы металл добывался без камня?

— Вот те и оглобля! — рассердился, в свою очередь, Лямка. — Уж лучше воду отливать, чем камень ворочать!.. Сам-то ты много понимаешь!

— А вам не подраться! — поддразнил кто-то спорщиков.

— Да бить и надо такую орясину! — не унимался старик материальный. — Сроду, стерва, не робил, а туда же — учить… Варил бы щи и помалкивал… Тебе в бабки только играть, а не золото добывать.

— Не подтыкай, не дешевле тебя, — начал было Лямка, но его перебил Василий.

Он поднялся на пень и начал рассказывать о ранении Яхонтова. Рабочие подвинулись ближе.

— Эка, брат, ералаш! — загудели шахтеры.

— Это Емелька с черкесом устряпали, не иначе, — говорил Вихлястый. — Но теперь они поднимут на воздух весь Калифорнийский. Ты не бери всех, не сладишь с этим народом.