Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Я повторю, — голос перестал патоку источать, появились стальные нотки. — Я из «Централ Пелас»!

— Хорошо, но распоряжений на ваш счёт не поступало, — я категорично помотала головой.

Теперь по губам мужика скользнула желчная улыбка, глаза недобро блеснули. А вокруг тишина… только сосны шумят. Ни одного сотрудника.

Я уже так крепко вжалась в кресло, что оно вот-вот могло перевернуться. Да и мужик, казалось, был ко мне слишком близко — даже дыхание чувствовала. И парфюм у него такой термоядерный, что сразу видно — обеспеченный человек! В тазик налил и искупнулся.

А что, может себе позволить!

В общем мало приятного.

Мысль пришла неожиданно. Интересно, услышит Роман, если я на «ядерную кнопку» нажму и дверь заблокирую?

Я как бы невзначай пошарила под столом и, не мешкая, нажала на выпуклую штуку, единственную, какую нащупала.

Кнопка послушно нажалась.

Я отсчитала три секунды и нажала снова.

Щелк-щелк — краем уха услышала, как примагнитилась, а потом «отошла» дверь.

И почти сразу раздались бодрые шаги.

Роман Игоревич даже в дверях задерживаться не стал, уверенно направился в сторону почётного представителя «Централ Пелас» и протянул ему руку, без улыбки и очень деловито:

— Добрый день. Пройдите в кабинет, — смерил типа взглядом Кирсанов, и стоило мужику скрыться в кабинете, босс обернулся ко мне.

Дышал глубоко, рвано, и я бы обязательно сказала, что злился, только это было совсем не так. Ярость явно не на меня направлена — в глазах не тёмная сталь, а беспокойство и волнение.

Мне показалось, что он не на шутку перепугался, не хуже меня самой. Мы смотрели друг на друга минимум секунд тридцать, а у меня по коже носились мурашки, в животе холод расползался.

А потом Роман скользнул взглядом мимо, на пол, где осталась валяться кипа документов. Ничего не сказал, присел рядом с ворохом бумаг и папок и стал их аккуратно собирать.

Я, чувствуя вину за неаккуратность и трусливость, присоединилась, и мы оказались спрятаны от всех моим столом и стойкой ресепшена.

Остались наедине и в очень замкнутом пространстве, сродни лифту. Собирали бумаги быстро и ловко, и всё это время я почти не дышала.

— Вы дрожите, — тихо обронил Роман Игоревич, промеж дела.

— Н-наверное, — я попыталась кивнуть, но вышла нелепая тряска головой.

— Я забыл вас предупредил на ЕГО счёт. Отвлекся на… — договаривать не стал, а я почему-то покраснела чуть-ли не в тон платью.