Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"А пока единственный вопрос, который она задает: — Если это случилось несколько недель назад, почему они ничего не сказали? Почему они не сказали мне, что на него напали?

Я рассказываю ей все, что знаю, стараясь не приукрашивать факты.

— В первые дни после того, как его доставили в больницу, они не знали, кто он такой. При нем не было никаких документов, и лицо его было, э-э, распухшим до неузнаваемости. Затем военная полиция установила связь и перевезла его в армейское медицинское учреждение.

Твой отец пробыл там достаточно долго, чтобы настоять на том, что он не хочет, чтобы тебе говорили о случившемся. После этого его поместили в медикаментозную кому, чтобы он мог исцелиться. Мой контакт говорит, что он не может получить доступ к любой дополнительной информации, не поднимая красных флагов, так что это все, что я могу тебе сказать.

Она машинально кивает, впитывая эту информацию.

После всего, что я сделал, я ожидаю, что она отшатнется от меня, но она этого не делает.

Мы остаемся в отеле до вечера воскресенья, и я слишком привыкаю к тому, что Элоди засыпает в моих объятиях. Это самый пугающий, неземной опыт, который я когда-либо переживал. Я так заворожен звуком ее медленного, ровного дыхания, что сам едва успеваю заснуть.

Дорога обратно в Вульф-Холл проходит в полном молчании. Впрочем, это вовсе не неловкое молчание. Элоди спокойна и довольна, и кладет голову мне на плечо, наблюдая за тем, как мир пролетает мимо окна, потирая ладонью внутреннюю сторону моего бедра.

Она продвигается все ближе и ближе к моей промежности, ее движения становятся все более медленными и дразнящими, и в конце концов мне приходится съехать на обочину, чтобы отрегулировать свой неистовый стояк.

— Ты чертовски опасна, — рычу я, искоса бросая на нее напряженный взгляд. — Как парень может сосредоточиться на дороге, когда девушка рядом потирает его член?

Я ничего от нее не жду. Я не прикасался к ней с тех пор, как мы поговорили о том, что случилось с ней в Тель-Авиве.

Во всяком случае, не в сексуальном плане. Я целовал ее и обнимал, но в остальном я ждал, когда она сделает первый шаг. Она делает это сейчас, припарковавшись рядом с вязами, положив свою руку прямо на мой член и сжимая его так сильно, что это граничит с болью.

— Хрен знает, как ты будешь концентрироваться, когда я возьму твой член в рот, — говорит она. — Езжай.

Я смеюсь.