Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А теперь темно, или почти темно: темно-синее небо отливало кобальтом, словно сапфир.

Конь потерян, винтовка — тоже."

"Бок совсем закоченел; Крис ощупал больное место пальцами и обнаружил запекшуюся кровь и песок. Рубашка прилипла к телу. Крис поднялся на ноги и постоял неуверенно, проверяя, что еще не так.

Выходит, его и впрямь ранили перед тем, как он свалился с обрыва. Рана в боку — явно от пули. Похоже, не очень-то глубокая; побаливает немного, и мускулы онемели. После падения со скалы все тело было в синяках, Крис нетвердо стоял на ногах и качался из стороны в сторону, словно лист под ветром.

Но хуже всего дело обстояло с головой.

Ирландец доковылял до гладкого валуна, присел и осторожно ощупал пальцами череп. Голова гудела, но раны вроде бы не было. Стало быть, это не от выстрела. Падение… да он же падал дважды! Когда его подстрелили, он споткнулся о бревно и сильно ударился головой о землю или о камень. Вот тогда-то его и охватила паника: чувство, настолько несвойственное натуре Криса, что он просто не понял, в чем дело!

И он бросился наутек, как заяц, — это он-то, Крис Мэйо, что скорее бы умер, нежели унизился бы до подобного.

Природная гордость иссякла, оставив внутри сосущую пустоту: он — вылущенная кожура, жалкий трус! Он бежал и бежал до тех пор, пока пересохший водопад не унес его в темноту. Может быть, тогда он снова ударился головой, раз проспал так долго?

Впрочем, говорят, будто от удара по голове человек может временно утратить рассудок и вытворять черт знает что.

Крис глубоко вздохнул. Вот в чем дело, оказывается! Он, безусловно, не первый из храбрецов, но и не из тех, кто поджимает хвост при виде опасности! Это — последствия сокрушительного удара. Мысли смешались, вот и все!

Но рассудок к нему явно возвращается! Крис поднялся на ноги. Рука потянулась к кобуре и нащупала револьвер: что называется, чудом не потерялся! Металл успокаивающе холодил руку.

Глаза юноши постепенно привыкали к темноте, и теперь он уже различал брешь в стене кустарника, через которую проникал свет. Пригнувшись, ирландец продрался сквозь заросли и выбрался на открытый участок. Луна нависала у самого горизонта. Ирландец огляделся: он оказался на дне пересохшего русла реки, с обеих сторон огражденного высокими стенами скал. Пересохший водопад, с которого он свалился, остался позади: в нем и пятнадцати футов не было.