Человек с чужим прошлым читать онлайн

Во рту совсем сухо, словно насыпали на язык наждачный порошок; нестерпимо болела раненая голова, мелко подрагивали пальцы, сжимающие цевье винтовки.

Зато он сделал для себя немаловажное открытие — в костеле была засада. Он сумел заметить, как раз-другой мелькнули в проемах окон тени, блеснул металл оружия.

Кто там мог быть? Только люди Бергера: наверняка Клюге и Канихен во всех подробностях доложили ему о прогулке к сожженной деревне. Оберфюрер стреляный волк, он ничего не любит пускать на самотек — уж если затягивать силки, то смертельной петлей.

Значит, Конраду надо не только успеть первым убрать Тараканова, но еще и обшарить его тело? Почти нереально…

Пожалуй, впервые он страстно желал, чтобы его враг сумел обойти все расставленные западни и убраться подобру-поздорову. Если даже будет так, то его хозяева не станут трубить в трубы, бить в барабаны и сообщать по радио о своих успехах — разведки молчат, молчат даже тогда, когда проходят многие десятилетия. Равно молчат как о поражениях, так и об успехах — все уйдет с Таракановым, если уйдет он сам.

Уйдет? Видимо, стоит присмотреть за краем оврага на русской стороне. Может быть, Владимир Иванович агент именно русской разведки, а не английской? Черт возьми, теперь-то какая разница?

Мысли и так путаются, болит рана на голове, а солнце словно хочет выжечь на ней узоры…

Конрад приник глазом к окуляру оптического прицела и повернул ствол винтовки в сторону границы. Вот кусты бузины, край оврага. Надо поправить прицельную рамку, прикинуть отклонение пули.

Теперь готово.

Сколько он уже лежит здесь на солнцепеке? Час, два? Время как бы потеряло свой смысл и сгустилось в липкую массу, тянущуюся, как осклизлый след за ползущей улиткой…

Но что это — над краем оврага появилась чья-то голова, потом плечи. И вот уже виден по пояс человек в знакомом сером ватнике.

Фон Бютцов подобрался, пошире раскинул ноги, словно лежал на учебном стрельбище, приник щекой к прохладному дереву приклада винтовки, положив палец на спусковой крючок.

Ему явственно представилось, как в желтой гильзе патрона дремлет зеленовато-серый порох, готовый вспыхнуть от удара бойка по капсюлю, и тогда сжатые газы вытолкнут из невообразимо длинного ствола с блестящими полями нарезки пулю. В ней, этой пуле, его будущее, его спасение, поэтому он не имеет права промахнуться…

Человек в сером ватнике встал на краю оврага, наклонился, подавая руку и помогая подняться другому мужчине: мокрому, грязному, с немецким автоматом в руке.