Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Энтони сокрушенно вздыхает:

— Ты не мог бы сделать их вместо меня?

— Еще чего! — рявкает Рафаэль. — В твоих интересах закончить до прихода матери. Иначе я задам тебе трепку. Понятно?

— Ладно, ладно, не бесись! — бубнит Энтони, выходя из комнаты.

Рафаэль тоже вздыхает и закуривает.

Прежде он курил тайком. Но с тех пор, как ушел отец, многое изменилось.

Энтони стал молчаливым и нервным. Мать — печальной, и у нее началась бессонница.

И появился Вильям.

Да, все изменилось.

— Ему-то ты все разрешаешь, а я ни на что не имею права! — бросает Энтони из коридора.

— Уроки! — рычит Рафаэль, который курит в окно, чтобы дым не шел на Вильяма. — Не доставай меня!

Рафаэль выбрасывает окурок и возвращается в комнату, которую они делят со средним братом.

Энтони устроился перед колченогим столиком, за которым совсем недавно делал уроки Рафаэль. Пока в конце третьего класса не решил бросить коллеж и пойти учиться на механика.

Хотя на самом деле механика его не интересует.

Впрочем, теперь его вообще ничего не интересует.

Поэтому Рафаэль все чаще и чаще пропускает занятия.

Он мог бы пойти в лицей, продолжить образование. Однако жизнь распорядилась иначе.

Он распорядился ею иначе.

Рафаэль пока не знает, кем станет. Даже несмотря на то, что кое-какие мысли уже зреют в его голове. Столь же привлекательные, сколь и пугающие.

— Что задано? — спрашивает он.

— А тебе-то что?

Рафаэль отвешивает ему подзатыльник. Энтони по-прежнему артачится.

Однако знает, что сопротивление бесполезно, и быстро сдается:

— По истории… Выучить наизусть одну страницу.

— Я заставлю тебя пересказать, — предупреждает Рафаэль.

— Пфф… Точно как твоя мамаша!

Рафаэль сдерживается, чтобы не влепить ему еще одну затрещину. Его педагогические приемы довольны скудны. И он плохо представляет себе, как приструнить этого непокорного мальчишку.

Такого же непокорного, как он сам.

— Напомню, что это и твоя мамаша! Через час заставлю тебя пересказать наизусть, — повторяет старший брат, прежде чем закрыть за собой дверь их комнаты и вернуться в гостиную.

Где вовсю веселится Вильям, молотя обеими ладошками по плюшевой игрушке, что явно доставляет ему огромное удовольствие.

Рафаэль берет его на руки и снова усаживается в кресло.

Вот уж он и подумать не мог, что когда-нибудь будет держать на руках младенца. Особенно в свои пятнадцать.

Никогда он и подумать не мог, что будет испытывать такое острое желание защищать кого-то.

Никогда он не думал, что будет так любить.