Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Не прикидывайся дураком… Ты же знаешь, за что тебе тут всыпали киёв…

— Ей-богу, нет!

— С чем прислал тебя Серко в Немиров?

— Я прибыл сам, по собственной воле… На зимовку. Тут моя семья.

— Он приказал убить меня?

— Он ничего не приказывал…

— Так, может, это сделал гетман Самойлович?

— Я ни разу не видал его.

— Откуда ты знаешь Астаматия?

— Я его не знаю.

— Однако ж по приезде в Немиров ты посетил наказного гетмана Астаматия и имел с ним беседу!

— Да, я был у Астаматия, но только потому, что таков приказ вашей ясновельможности — всем прибывающим, а особенно запорожцам, в пятидневный срок лично являться к наказному гетману или немировскому полковнику.

— Ты сидел у него полдня!

— Я перекинулся с ним самое большее двумя десятками слов. С чего бы мне сидеть у него полдня?

— Мне донесли об этом верные люди.

— Выходит, они не верные люди, а брехуны!

Юрась кинул быстрый взгляд на Многогрешного. Тот мигом подбежал.

— Я слушаю, пан гетман.

— Он и раньше это говорил?

— Да, пан гетман… Но он выкручивается!

— Почему ты так думаешь?

— Никто не прибыл в этом году в Немиров на зимовку.

Один Семашко… И не может быть, чтобы Серко не воспользовался таким случаем. А потом…

— Ну?

— Он был у Астаматия… Думаю, надо его допросить. Он знает больше, чем говорит. А когда допросим Астаматия, то можно будет сравнить их показания. И, я уверен, кое-что прояснится.

Юрась снова посмотрел на Семашко.

— Ты слыхал?

— Слыхал.

— Что ж, будешь говорить?

— Я сказал правду…

— Гм, ты упрям, как и все запорожцы! — глаза Юрася сверкнули, он крикнул пахолкам: — Возьмите его!"

"Семашко сопротивлялся, но слабо, потому что не отошёл ещё от тех побоев, которыми угостил его Многогрешный.

Пахолки свалили его в снег и стали колотить по подошвам, по голеням, по спине. Многогрешный помогал им. Схватив палку поувесистей, он старался попасть по самым болезненным местам — по щиколоткам, по кистям рук, по голове. Запорожец извивался, как мог, уклоняясь от ударов, которые сыпались на него со всех сторон. Но это не помогало.

— Что ты должен был передать Астаматию от Серко? — спросил Юрась, дав знак пахолкам, чтобы прекратили пытку. — О чем вы говорили?..

— Бог свидетель — я ничего не знаю, — прохрипел Семашко, хватая разбитыми губами снег.

У него было мелькнула мысль наговорить на Астаматия, чтобы спастись, а там пускай Юрась разбирается. Однако он сразу же отогнал её, как гнусную, недостойную. Конечно, Астаматий заслуживает тягчайшего наказания: он вместе с Юрасем сеет зло.