Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Секунд пять мы играли в гляделки, а затем дворецкий медленно произнёс:

— Однако я обязан доложить лорду Каннингему."

"— Не спорю, — кивнула я. — Пока мастер без суеты займётся подготовкой, вы сообщите обо всём лорду.

Очередная пауза — я чувствовала, как весь мой план балансирует на лезвии бритвы.

— Хорошо, леди Мэриан. — Дворецкий наконец наклонил голову. — Ваше распоряжение будет исполнено.

Глава 4

За мной пришли ещё до завтрака, когда я нервно мерила шагами садовые дорожки, посыпанные мелким белым гравием.

— Леди Мэриан, лорд Каннингем просил вас зайти к нему.

«Наконец-то!» — выдохнула я и, расправив плечи, милостиво кивнула пришедшему за мной слуге:

— Хорошо. Проводи меня.

Потому что где этот кабинет, я понятия не имела, а плутать по трёхэтажному особняку, построенному в ампирном стиле и с имперским размахом, желания не было. Я и выход в сад не скоро бы нашла, если бы Бэрридон не подсказал, куда идти.

По широким коридорам и мраморным лестницам слуга привёл меня к массивной палисандровой двери.

Поклонился: «С вашего разрешения, леди Мэриан» — и оставил наедине с полированным деревом.

Надо было стучать.

Я поправила причёску. Одёрнула платье. Выпрямила спину и согнала с лица все намёки на эмоции. А потом, не давая себе струсить, отрывисто стукнула по двери и вошла, не дожидаясь ответа.

В конце концов, меня ждут или как?

— Мэриан.

Мягкий утренний свет ничуть не смягчал гранитные, но, надо отдать должное, аристократически правильные черты Каннингема.

«Красивый всё-таки мужик, — отстранённо подумала я, рассматривая собеседника с интересом искусствоведа. — Жалко, что козёл».

— Что это вы придумали?

Он был недоволен и не пытался этого скрыть.

— Доброе утро, лорд Каннингем. — Я долго решала, как стану к нему обращаться, и остановилась на том, что правильнее всего будет подчёркивать дистанцию. — Не понимаю, о чём вы.

Собеседник нахмурился Юпитером-громовержцем.

— Не притворяйтесь. О щеколде на двери вашей спальне.

И кстати, я отменил это идиотское распоряжение.

Полностью предсказуемо.

— Что же… — Мне самой понравилась толика беспечности, проскользнувшая в моём голосе. — Значит, буду каждый вечер двигать тумбочки. Или, — я вежливо приподняла брови, — вы прикажете прибить их к полу?

Если бы взгляд был материален, меня бы пригвоздило к стене, как бабочку булавкой. Однако тон у Каннингема был идеально ровным.

— Хочу вам напомнить, что вы моя жена.