Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Справедливо рассудив, что мужчин с утра нужно накормить.

— Я могу сходить с тобой в больницу, — произнесла я и отпила глоток обжигающего белого кофе. — Мы вместе познакомимся с твоей матерью. Спросим, как она себя чувствует и прочее, — в отличие от Марка я понимала, что Рихард может просто бояться этого знакомства, бояться быть отвергнутым. — Марк, дом уже готов? — я повернулась к своему мужчине.

— Да. Его уже должны были подготовить.

— Рихард, если она себя хорошо чувствует и врачи разрешат нам, то мы могли бы посмотреть ваш дом, — растерянность на лице Рихарда, сменилось облегчением, а я попыталась скрыть довольную улыбку за чашечкой кофе.

— Но если что, ты можешь в любой момент вернуться сюда. Я тебя не гоню и этот дом всегда открыт.

Дальше завтрак пошел веселее. И вот уже спустя пару часов мы с Рихардом стояли около больницы. Парень заметно нервничал, ведь никогда не видел мать. Его еще младенцем Роланд отдал на попечение стаи. Как по мне, так это было жестоко, но с другой стороны страшно представить, кто бы мог вырасти, если бы Роланд воспитывал его.

Пусть я и не так много знала о брате Марка, но уже то, что было известно характеризовала его не с лучшей стороны. А тот факт, что он пытался убить свою пару, а потом несколько раз покушался на жизнь Марка и Рихарда говорил о нем как о сумасшедшем психопате."

"Я переживала, что с Викторией может быть не все в порядке, ведь она слишком долго прожила с этим мерзавцем в паре. Страшно было представить на что он был способен. Я боялась увидеть сломленную и опустошённою волчицу.

Но вопреки ожиданиям, когда мы постучались в палату и зашли, нас встретила нормальная женщина. Насколько я могла по ней судить. Стоило ей только увидеть Рихарда, как она сразу его узнала. Вскрикнула и со словами «сынок» подскочила с кровати, придерживая свой животик, и поспешила к сыну. Рихард опешил от такого проявления чувств и когда Виктория, невысокая приятная, располагающая к себе с первого взгляда, волчица, обняла его, уткнувшись в его грудь, то он несмело обнял ее ответ.

Парень совсем не по-взрослому шмыгнул носом. Виктория заплакала и начала гладить Рихарда по лицу, очерчивала его скулы, гладила щеки. Она была похожа на слепого, который спустя долгие годы смог прозреть. Смотря на воссоединение семьи, я поняла, что очень рада за парня. А тот факт, что Виктория не была сломлена и не выглядела подавленной после смерти своего истинного, говорил о многом. Она явно ждала встречи с сыном и была ему безмерно рада.