Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Тошнота, вроде бы, прошла, и гул в голове стих, но думать, мозг почему-то отказывался категорически. Не знаю, наверное минут пять я пытался вспомнить что именно происходило в последние дни, и конкретно перед тем как меня вырубило. Кроме того, почему-то болели суставы. Причем все и сразу, любое движение, — казалось даже вращение глаз, отдавался резкой болью во всём теле.

Кое-как приноровившись, мне всё-таки удалось сесть на кровати — а лежал я в маленькой комнате, и жадно опрокинуть в себя целый стакан воды. Хотел помаленьку, маленькими глоточками, но когда начал пить, понял, что уже не остановлюсь.

Глянув на таз возле ног, сдвинул его поближе, на тот случай если будет мутить. Но ничего не случилось, выхода вода не потребовала. Посидев в таком положении ещё сколько-то, попробовал подняться. Облокотился на прикроватную тумбу, и покряхтев для порядка, принял вертикальное положение. Слегка покачивало, но стоялось довольно уверено. Даже удивительно, думал будет хуже.

Осторожно перебирая ногами, выглянул в зал.

На диване возле стола, с перемотанной головой и сигаретой в зубах, сидел дядя Саша.

— Ох ты ж!.. Васёк... Очухался наконец! Давай, присоединяйся, я тут завтракать собираюсь. — заметил меня он, и по привычке потряс головой, но тут же сморщился. — Чёрт... всё время забываю что подбитый...

На столе стоял чайник, пара стаканов, и какая-то вазочка.

— Ты как себя чувствуешь? — присаживаясь рядом на лавку, я осторожно потянулся.

— Могло быть хуже. — махнул он рукой, — ты расскажи лучше, что там с машиной, — цела?

Судя по его приподнятому настроению, про аварию он ещё не знал, и мне как-то не хотелось его огорчать.

Поэтому я ответил что самолёт на месте, не уточняя в каком состоянии. Тем более, сказать что-то конкретное, я пока и сам не мог.

Он, в свою очередь, только и помнил что впустил кого-то, и отвернувшись, получил удар по голове. Как ему сказали, этот кто-то, хотел залезть в ангар с техникой, но зачем это нужно, дядя Саша не понимал, и очень искренне удивлялся.

В комнату зашла Аня, обрадовалась что я проснулся, спросила про самочувствие, и отобрала у деда сигареты.

— По-моему я вам сказала что курить вредно? Тем более сейчас, когда вы больны? — пряча пачку в карман, погрозила она. На что дядя Саша только пожал плечами, приняв агрессию как само собой разумеющееся.

— Вон, чай с травкой пейте, всяко полезней.

Мне тоже налили стакан этой ароматной жидкости, очень терпкой, и непривычной. Это явно был не совсем чай, а что-то лечебное.