Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Та не проявила ни тени беспокойства и едва слышно шепнула: «Предоставь это мне». Да, пожалуй, обсуждать нашу легенду сейчас посреди толпы было бы не самой разумной идеей.

Когда подошла наша очередь, нас попросили спешиться. Я едва смог подавить изумление, когда стражница, соскочив с регарда, тут же смертельной хваткой вцепилась в мой локоть и засияла, как ясно солнышко, глядя на меня с пугающе бесконечным обожанием.

— Ваши имена? — буднично поинтересовался стражник, окинув нас скучающим взглядом.

— Тариэль и Карисса Миратэй, — отрапортовала она внезапно изменившимся, до отвращения типичным хрустальным эльфийским голосом.

— Цель посещения?

Она покраснела, потупила глаза и смущенно прошептала:

— У нас медовый месяц. Я выросла в деревне, а Тари родился здесь и обещал после свадьбы показать мне Талион. Он говорил, что его называют Городом Любви…

Я неловко кашлянул. Стражник тоже. Вообще-то Талион действительно так называли. Иногда. С усмешкой и за глаза. Будучи самым крупным вилейским городом, он располагал и самым большим количеством и разнообразием борделей.

— Ведь правда, милый? — поскольку реакции с моей стороны не последовало, она пребольно ущипнула меня за бок.

— Да, дорогая, — смиренно прошипел я, возводя очи к небу.

— Приятно вам… отдохнуть.

Стражник что-то пометил в своих бумагах, а затем одарил меня сочувствующим взглядом и разрешил катиться на все четыре стороны.

— Ничего глупее не придумала? — невнятно поинтересовался я, вгрызаясь в яблоко.

Мы планировали пообедать уже в Талионе, но очередь на въезде нас прилично задержала, а голод давал о себе знать.

— В таких случаях чем глупее, тем убедительнее. — Киа пожала плечами. — А что тебе больше не нравится? То, что ты мой муж, или то, что ты муж, увлекающийся развлечениями на стороне?

— То, что в который раз без меня меня женили.

— Каждая девушка мечтает стать принцессой. — Стражница кокетливо похлопала ресницами.

Я не удержался и кинул в паразитку огрызком. Она ловко увернулась, и огрызок приземлился прямо в кружку сидящего на обочине нищего.

Тот выудил необычное подаяние за хвостик, несколько ударов сердца ошеломленно его изучал, затем зло плюнул в нашу сторону, предрекая, что боги нас накажут за издевательства над сирыми и убогими, поднялся и заковылял поближе к воротам и подальше от невеж, столь неуважительно относящихся к его почетной профессии.

Эльфы вокруг, посмеиваясь, стали обращать на нас внимание, поэтому я насупился и накинул капюшон.