Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Лучше облегчите душу, расскажите, как все было.

– Сереж, – в голосе Мироновой слышалась мольба, – помоги мне, а? – Женщина пристально смотрела на начальника. По ее щеке текла слеза. – Я ведь все это ради тебя сделала… Ради нас, понимаешь?! Ну не могла я позволить этому ублюдку разрушить то, что мы с тобой так долго строили. Я ведь тебя все эти годы любила… Ты же меня в упор не замечал… А я терпела твоих бесконечных девиц, и даже эту… – Миронова бросила полный презрения взгляд на Ангелину.

– Как могла оберегала твое спокойствие, неужели это ничего не стоит?

– Я тебя об этом не просил. – Слова Сергея жестким хлыстом рассекли воздух. Даже я невольно сжалась от сочувствия к своему несостоявшемуся убийце. Понимаю, женщина это заслужила, и все же, неужели нельзя быть с ней помягче?

– Ну да, конечно… – Вся уверенность и спесь слетели с Мироновой. – Ты, безусловно, прав … Кто я такая, чтобы меня жалеть? Неплохо вышло все, да? Ты весь в белом, а я в дерьме.

При том, что именно ты – основной выгодоприобретатель в этой истории. Только подумай, что было бы, доведи этот ублюдочный Свиридов дело до конца! Лишь благодаря мне ты там, где ты есть, а не на нарах. Неужели не понимаешь?

– Ир, – ни один мускул не дрогнул на лице Петрова, – я тебе все могу простить, но не то, что ты пыталась убить Лерку. Ты же знаешь… – Сергей запнулся, и мне осталось только гадать, что именно он хотел сказать. Но даже этой незаконченной фразы оказалось достаточно, чтобы заставить мое сердце биться в груди пойманной в силки птицей.

– Ну и дурак же ты! – злобно воскликнула Ираида. – Она ж погубить тебя хотела! Знаешь, как Голубев связал ее со Свиридовым? Он проследил за этой… – женщина запнулась, не сумев подобрать для меня подходящего эпитета, – …до кладбища, где она со своим возлюбленным беседы беседовала. Димка разговор при помощи специальной аппаратуры подслушал и все понял.

Потому на тебя и подумал, что она тебя во всем обвиняла. Кстати. – Женщина повернулась ко мне. В ее обращенном в мою сторону взгляде читалась насмешка. – Зря ты думаешь, будто твой возлюбленный спас тебя. О тебе и не думал заботиться, все о пощаде молил. Выдал твой адрес сразу же. То, что ты жива до сих пор, – это моя заслуга. Хотя, конечно, теперь-то я понимаю, какую оплошность допустила: надо было тебя сразу прикончить.