Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Да успокойтесь вы, Валерия, – криво усмехнулся мужчина, отодвигая мне стул. – В конце концов, не съем же я вас. А свидание свое всегда сможете потом продолжить. Должен же я как-то загладить свою вину за все это. – Рука мужчины очертила круг близ моего лица.

– Ага, думаете ужином отделаться? – усмехнулась я.

– Нет, конечно, завтра премию еще выпишу, – то ли в шутку, то ли всерьез сообщил шеф.

– О, круто! – расхохоталась я и тут же ойкнула, схватившись за губу – ранка только начала подсыхать, а мое неуместное веселье вновь заставило ее кровоточить.

– Больно? – В голосе Серпала звучало искреннее сочувствие.

– Нет, приятно, – парировала я ехидно, – сами-то как думаете?

– Думаю, очень, – серьезно произнес Петров. – Еще раз простите, что так все вышло.

– Да бросьте, – махнула я рукой. – Не вы же меня избили.

– Да, но мне следовало это предвидеть, когда Геля отправилась за вами в туалет. Но мне и в голову…

– Все! – воскликнула я. – Закрыли тему! Сейчас снова по кругу пойдем.

Вы хотели угостить меня ужином, так угощайте! Мой заказ уж, наверное, ледяной коркой покрылся. Да и ваш тоже, судя по всему. Сделаем новый?

– Давайте! – улыбнулся Серпал.

– Только, – я слегка наклонилась к собеседнику и прошептала доверительно, – давайте вы сами все закажете. Очень не хочется вникать во все эти литературно-кулинарные изыски, да и, честно говоря, глаз начинает заплывать, так что зрение ухудшается с каждой минутой.

Петров кивнул, внимательно посмотрев мне прямо в очи.

Вернее, в око – второе уже почти закрылось."

"– Вот я балбес! – воскликнул он вдруг и властным жестом подозвал к себе официанта. – Принесите даме лед, и быстро, – отдал он приказ, – а еще тащите аптечку. Все, что у вас есть.

Затем резко поднялся, достал из кармана белоснежный – не сомневаюсь, стерильный – платок и, щедро полив его коньяком из стоящей на столе бутылки, принялся заботливо обрабатывать мои раны. Не забывая обдувать их, чтобы меньше щипало.

Прямо как мама когда-то.

Неожиданно я почувствовала на губах соленую влагу: то ли воспоминания о мамулечке так подействовали, то ли меня наконец настигли закономерные в данной ситуации эмоции.

– Ну-ну, Валерия, – смущенно проговорил Петров, – ну что вы, в самом деле? Все раны заживут, обиды забудутся. Вот увидите!

– Да, конечно, – отстраняясь от мужчины, пробормотала я и поприветствовала официанта, изобразив (правда, не очень умело) радость.