Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Боюсь, что именно тогда лорд Лео начал пить и играть в карты. Он не интересовался ни поместьем, ни лордом Саймоном, пока тому не исполнилось семнадцать лет, и тогда лорд Лео познакомил сына со своими друзьями-повесами и азартными играми.

— Я слышала, что нынешний лорд Маркфильд и его кузен Саймон были очень близки в то время, — вставила осторожно Хелена. — Следует ли это понимать так, что он тоже участвовал в этих играх?

— Упаси господи, нет, миледи! — Экономка выглядела шокированной. — Наш хозяин всегда был слишком джентльменом, чтобы заниматься такими вещами.

Он предпочитал проводить свободное время в конюшнях своего деда, так же как делает сейчас, — он всегда был помешан на лошадях.

— Но в детстве они были очень близки? — настаивала Хелена, не желая примириться с описанием событий экономкой, противоречащим описанию их Маркфильдом.

— О да, миледи, — согласилась миссис Вейнрайт, кивнув. — Они были почти неразлучны, учитывая, что бедняжки оба потеряли своих матерей в раннем возрасте, — лорду Саймону было почти шесть лет, когда его мать погибла, а в следующем году миссис Стэндиш умерла при родах, когда ее старшему сыну, нашему хозяину, едва исполнилось семь.

После этого мальчики проводили много времени с бабушкой и дедушкой в Холле, — добавила она задумчиво. — Они оба учились в Кембридже, а потом в Оксфорде — их как бы сплотило несчастье — до тех пор, пока лорда Саймона не исключили из университета по какому-то недоразумению. Я до сих пор не знаю толком, что там произошло.

— И тогда они начали отдаляться друг от друга, я полагаю? — предположила Хелена.

— Лорд Маркфильд пошел служить в армию?..

Миссис Вейнрайт кивнула:

— Его отец — к тому времени генерал Стэндиш — купил ему чин корнета в своем полку. Хозяин в то время не очень хотел идти в армию, но он всегда ставил долг превыше всего, и если однажды что-то решил, то разобьется в лепешку, но добьется успеха. Он отказался уйти из армии, даже когда старый граф умер, а его отец был убит в Вимьеро. Я слышала, как он говорил леди Изабель, что идет война, которую надо выиграть, и он не имеет права уйти, пока наши войска не покончат навсегда с этими французами!

Последовало молчание, во время которого Хелена раздумывала о совершенно новом образе ее мужа, который нарисовала его экономка.

Как же получалось, что такой порядочный человек был способен на хитрости и обман, в которых она считала его виновным!

— Это маловероятно, — пробормотала она.

— Простите, миледи?

Хелена вздрогнула.