Диета для трех поросят читать онлайн

Осталась Гамка одна.

– Кто? – я снова потеряла нить беседы.

– А повтори-ка имечко Гамавердия… – рассмеялся собеседник, – язык сломаешь! Вот наши и сократили его до Гамы. Видишь на той стороне элитное здание?

Я покосилась на самую обычную грязно-серую блочную московскую девятиэтажку. Ничего выдающегося в доме нет, затрапезное жилье, мы с Гри обитаем точь-в-точь в таком же. Только у нас лоджии застеклены на один манер (некогда обитатели квартир договорились между собой и сообща вызвали мастеров). Постройка же, на которую указывал дед Сергей, смотрела на мир разномастными балконами, отчего казалась еще страшнее, чем была.

– Кооператив «Гиппократ», одни врачи в нем живут, – пояснил абориген. – Квартиры там и по прежним годам были дорогущие, а сейчас и вовсе золотые. Софья Сергеевна трешку на свое богатство приобрела, но въехать не успела, хоть ремонт забацала, мебель раздобыла и даже люстры с занавесками повесила. Гамка соседкам хвасталась, рассказывала, как мать апартаменты обставила.

Счастливый номер подобрала – семьдесят семь. Да только жить Софье там не довелось. Накануне переезда Мамонтову в психушку сволокли. Гама к Борису Гурьевичу побежала. Тот все устроил: и клинику хорошую, и консультацию профессора, у него куча знакомств имелась. Поддержал девчонку не только морально, но и кормил, поил и одевал ее, пока она училась в институте. Потом Гама получила диплом, переехала в новую квартиру и исчезла из жизни Пихто. А когда его парализовало, я Гамку отыскал. Но она заявила: «Денег у меня нет! Ничем помочь не могу. Нужных знакомств не имею». Я попытался нахалку усовестить, да только она заорала: «В наши отношения не лезьте! Борис Гурьевич у моей мамы в долг брал, вернуть не смог, вот и отрабатывал!» Ну я и ушел. А еще его паспорт куда-то делся!

– Что? Пихто потерял паспорт? – обрадовалась я, услышав в потоке болтовни крупицу полезной информации."

"– Прямо беда была! – закивал словоохотливый пенсионер. – Я еле-еле уломал главврача больницы, чтобы Бориса Гурьевича госпитализировали, а бумаг нету.

Я весь дом перерыл! Партбилет нашел, он его в железной коробочке хранил. Квитанции по коммунальным платежам аккуратно рядом лежали, а главный гражданский документ исчез.

Я лишь горько вздохнула. Борис Гурьевич был очень пожилым человеком, а многие старики, боясь, что потеряют на улице сознание, не выходят из дома без удостоверения личности. Пихто попросту посеял паспорт.