Дика читать онлайн

Обложка книги Дика
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Осетинский писатель Тотырбек Джатиев, участник Великой Отечественной войны, рассказывает о событиях, свидетелем которых он был, и о людях, с которыми встречался на войне.

О книге

Открывайте «Дика» и читайте — текст лежит здесь целиком, бесплатно, без регистраций и подтверждений номера. Жанр — Легкое чтение, Легкая проза. Никаких обрезанных глав и предложений «оплати подписку, чтобы узнать, чем всё кончится»: книга представлена в том виде, в каком её написал Тотырбек Исмаилович Джатиев.

Прежде чем нырять в первую главу, гляньте аннотацию или авторское предисловие — обычно там в двух абзацах понятно, о чём вообще речь, какой настрой и стоит ли это вашего вечера. Предисловие публикуем как есть, без редакторских пересказов от себя. Если описания пока нет или оно куцее — оставьте коммент, найдём и добавим.

Текст разбит на страницы: глазам так комфортнее, чем листать бесконечную ленту, и читается дольше без усталости. Место, где остановились, сохраняется автоматически — закрыли вкладку, вернулись через неделю, и страница откроется ровно та же. Шрифт регулируется, фон переключается между светлой и тёмной темой: вечером с тёмной экран меньше слепит, днём светлая привычнее.

Под книгой — отзывы тех, кто уже прочёл. Туда заглядывать полезно: иногда вылезают спорные смыслы, которые сам пропустил, иногда — категоричные «не моё, не тратьте время», и тоже информация. Дочитали «Дика» — оставьте пару строк, кому-то это поможет решить.

Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Испанские фалангисты продолжают бомбить Мадрид, стирают с лица земли поселки басков и деревни каталонцев. Все труднее и труднее отстаивать свои позиции обескровленным республиканцам. Во многих капиталистических странах солдаты и полицейские бьют рабочих и крестьян, гноят их в тюрьмах; от стонов обездоленных и голодных пролетариев содрогается земля…

Трудно, невозможно видеть страдания трудящихся, сердце зажигается огнем мщения, слыша их стоны…

Харитон не зря стал военным летчиком. Для него эта профессия — не только романтика полета, не просто покорение воздушной стихни.

За штурвалом военного самолета — бомбардировщика или истребителя, все равно, — он чувствовал себя защитником родного края, родной страны; он сильнее других ощущал, как горячо пламя войны, и был готов сделать все, чтобы не дать ему ворваться на землю Родины.

Илита пока что только мечтала стать летчиком — далеко еще было до исполнения этой мечты! Но мысли Харитона, высказанные им в Артеке, стали тоже ее кровными мыслями.

Мало ли что может случиться в этом неспокойном мире? Вдруг обнаглеют фашисты и полезут на Страну Советов? Тогда не одному Харитону — и ей, Илите, обязательно найдется место за штурвалом самолета.

Ясно, агрономом быть почетно. Хлеб нужен каждому человеку, в том числе и летчику. Агроном — покровитель и хозяин полей, хозяин той самой земли, на которую его предки не смели ступить свободно. Агроном — сеятель и кормилец. Отличная это профессия, лучше и не сыскать!

И не будь у Илиты Харитона, который заразил ее своей мечтой, вдохнул в сердце девушки желание летать, наверно, она бы и не устремлялась мыслью в облака, а успокоилась бы на том, что окончательно связала свою судьбу с трудом хлебороба, земледельца.

Но разве возможно забыть разговоры с Харитоном под звездным небом Крыма? Харитон осуществил свою мечту. Придет пора, и Илита осуществит свою. Вот будет здорово, если они встретятся на небесных дорогах!"

"Она сама не знала еще, как назвать свое чувство к Харитону.

Быть может, это только увлечение? А если любовь, то настоящая, любовь на всю жизнь или нет?

Илита тосковала о Харитоне. Он часто снился ей — и обязательно в кабине самолета. Даже тут, в Москве, он прилетал к ней во сне.

ЗДРАВСТВУЙ, ЛЕТНАЯ ШКОЛА!

Большие перемены начались в жизни Илиты.

С Чрезвычайного съезда она вернулась в Осетию как бы новым человеком. Странно, но эта короткая поездка во многом изменила ее. Она стала серьезнее.