Дикарь читать онлайн

К сожалению, в этом процессе участвовало не только сознание, но еще и его, так сказать, теневая сторона, подсознание. Говорят, что подсознание, это все то, что не поддается контролю со стороны сознательного разума, что это некие процессы, протекающие без прямого отображения их в сознании, и помимо прямого сознательного управления, определенные конструкты, модели, которые помогают описывать реальность … Не знаю, я хоть и изучил и усвоил несколько баз по психологии, но это были базы расы, сильно отличной от людей и ни о чём подобном там не было ни слова.

По мне, так подсознание, это что-то вроде долговременной памяти, передающейся на генном уровне, некое хранилище полезных в определенные моменты алгоритмов поведения, способностей и возможностей, умение использовать которое нами уже давным-давно, нет, не забыто, а утеряно, а может быть его никогда и не было и предназначено это хранилище не для нас, а для тех существ, в которых рано или поздно переродится человечество.

Эта программа-база не только загружала мне в мозг информацию, но еще и исподволь как-то влияла на мое подсознание, подменяя в нем многие понятия, меняя алгоритмы поведения, изменяя саму мою суть.

Процесс этот начался практически одновременно с прекращением загрузки программы-базы, но проходил он так незаметно, так ювелирно, что я не замечал этого до самого последнего мгновения. В первую очередь пострадала моя этическая составляющая, совсем чуть-чуть сместились некоторые акценты, повысилась, нет, не самооценка, а… даже и не знаю как сказать, может быть что-то усредненное между самолюбием, самолюбованием и самовлюбленностью. Я стал более нетерпим к чужому мнению, начал в штыки воспринимать любую, даже самую конструктивную, критику, я забыл такое слово как просьба, зато на недосягаемую высоту вознеслось мое желание. В общем, я изменился, и изменился очень сильно. Добавьте сюда почти неограниченные возможности, которые могли бы соперничать только с моими же желаниями, и вы поймете, в какого морального урода я почти превратился, и не просто в морального урода, а в самого настоящего монстра в человеческом обличии. Это был уже третий этап моей жизни. Этап всевластия и вседозволенности. Если честно, то почему-то именно этот период своей жизни я помню очень смутно, как будто смотрел на все происходящее со стороны, да еще и через грязное, давным-давно не мытое, стекло. Так, только некоторые моменты, скорее всего те, которые вызвали у меня наибольшее отторжение, максимальный эмоциональный взрыв.