Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Сдох этот твой дух давно! Дай пройти!

– Вся семья вместе, так и душа на месте! Слышала о таком?

Фыркаю:

– А как тебе «Любовь кончается, когда нельзя вернуться назад»?

– Нам не нужно назад, Уль! – вдруг хватает меня за плечи и впритык нагибается к моему лицу. – Никогда не поздно держаться за руки и идти вперёд! Мы тратим время на то, чтобы что-то доказать, показать, объяснить… мы же можем это всё отпустить! Жить сейчас, понимаешь? Забыть весь мир, остаться только вдвоём… мы это умеем… мы оба застряли в том страшном моменте… давай создадим новый и останемся в нём?

– Сладко поёшь, Громов! – вторю его насмешке, отхожу на шаг.

– Но нет! – и вымученно иду к дочери, хоть и в душе гигантские разломы.

* * *– У тебя ещё одна таблетка после обеда. – вкрадчиво произносит Громов, двигая ко мне по столу белую коробочку.

– Тебе разве не нужно на работу? – механическими движениями вскрываю упаковку, отправляю в рот капсулу и только сейчас понимаю, что не налила себе запить.

Феликс словно читает мысли, идёт к кранику, возвращается со стаканом, протягивает, не отрывая от меня глаз.

– Я временно поставил на своё место заместителя! Не хочу уходить от вас…

– А что с фирмой моего отца? Костя пока выбыл из игры…

– Костя в неё и не входил. Я жду, когда ты будешь готова и мы поедем на разведку! С твоего одобрения наметим план работы!

– Можешь не ждать. Я в этом участвовать не буду, тебе известно, что фирма отойдёт Косте!

– Никогда. Она ему не отойдёт!

– Потому что так сказал ты…? А ты… кто?!

– Я отец твоей дочери, Уля! И ни один мужик, что хочет залезть под твою юбку, этого не изменит!

– Отрадно слышать, что своё мнение обо мне ты не меняешь! Не нравится, что за тебя пытается решать шлюха, да??

– Перестань.

– жёстко. – Я был безумен тогда! Всё, что я говорил и делал было в мозговой горячке, в помешательстве!

– А ты помнишь что ты говорил? – внезапно для себя задаю этот вопрос, и удивительно, что спокойно, ровно дыша. С интересом въедаюсь взглядом в человека, что сделал больно и хочу узнать его версию.

Что это значило для него?

– Помню. – трёт пятернёй лицо, аж кожа вниз оттягивается, краснота остаётся. – Каждое слово. Даже звучание голоса.

Не смотрит мне в глаза. Бегает ими по столу, по моим рукам, по фантикам от конфет, что оставила после себя Злата прежде, чем уйти спать. С её уходом наши магнитные поля взбунтовались и схлестнулись полюсами. Прямо чувствую, что пространство вокруг передавлено, разогрето до предела. Не знаем куда себя деть. Я уж точно.