Древний. Война читать онлайн

Конечно, теоретически разведывательный корабль высокого класса, прикрывшись полем преломления, мог подойти к яхте Румма и выполнить стыковку, но для этого ему требуется постоянно находиться в системе, подвергаясь огромному риску. Стоит ли дело того? Сложно сказать. Будем отталкиваться от того, что стоит.

Савельев смотрел в глаза голограмме Румма. Как они тебя заставили? Под страхом смерти? Все, конечно, возможно, но как-то несправедливо это выглядит. Из всех шахтеров, оказавшихся в тот злополучный день у Проциона, предателем стал старый подпольщик, убежденный активист борьбы с Корпорацией.

Быть может, они сломили его психику? Но медицинские отчеты не выявили сколь-нибудь серьезных психических травм. Что же, он вот так просто взял и согласился? От страха? Человек, которому уже довелось смотреть в глаза смерти в застенках Особого Управления? Как-то не клеится. Если только он не сломался еще тогда, в тюрьме. Савельев перечитал строки из личного дела Румма, где говорилось, что после лечения тот не вернулся к политической деятельности. Это может оказаться причиной. Надо отправить медикам на сравнение его медицинские карты, современную, и старую, времен Корпорации. Раз Румм был видным идейным подпольщиком, Особое Управление наверняка имело на него обширное досье. Савельев вызвал помощника:

— Отыщите мне досье гражданина Кимла Румма в архивах Особого Управления ДППЗ Корпорации. Оно должно было сохраниться.

Савельев отключился и вновь посмотрел в глаза голограмме Румма. Что же могло с тобой произойти? В принципе, застенки Корпорации вполне могли так повлиять на человека, выросшего в атмосфере строжайшего табу не то, что на насилие, но и на грубую брань.

Ответ от помощника пришел быстро.

— Досье найдено, — доложил помощник. — Я уже отправил его вам.

— Направьте копию лечащему врачу Румма, — приказал Савельев. — Пусть сравнит показатели его мозговой активности или в чем там еще ковыряются медики. Необходимо проверить Румма на предмет застарелых психических травм.

— Есть! — помощник отключился.

"

"Савельев открыл досье на Румма на отдельном экране. На голограмме Особого Управления Румм был молод и худ, но прекрасно узнаваем. Савельев пробежался глазами по строчкам. «Активист противозаконного движения», «один из наиболее опасных врагов Корпорации», «подлежит морализации в первую очередь» — да, ты был для них серьезной головной болью. — Он по привычке посмотрел в глаза молодому Румму. Странно. Савельев перевел взгляд на свежую голограмму.