Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Нельзя так с клиентами, даже самыми доставучими, это непрофессионально, да и не его вина, что у меня в башке так и тикает обратный отсчет, как в бомбе с часовым механизмом, и я реально умираю от предвкушения того момента, когда она рванет.

Едва оставшись один, отзвонился Серафиме, велев заканчивать затянувшуюся с самого утра их с Аяной отлучку из дома. Семь дней прошло. Хватит с меня. По дороге заказал доставку ужина, тянул время, выбирая в элитном магазине вино, пусть и отдавал себе отчет, что моя деревенщина-анимэшка вряд ли способна оценить его, а мне так вообще на него плевать, ведь не алкоголем я намерен всю ночь упиваться.

Решив хоть внешне соблюсти все дурацкие традиции классического свидания, букет ей купил. И пусть между нами нет ничего и близко классического, но ведь я стремлюсь свести отношения с Аяной хоть к какому-то порядку, а не к этому воинственному бардаку, что между нами все время вспыхивает.

Любовниц заводят для удовольствия и расслабухи, а не для постоянного противостояния, насколько бы оно ни заводило. Так что буду приучать: вкусная еда, выпить для настроения, цветочки-побрякушки, чтобы порадовать ее, а она за это должна радовать меня. Привыкнет, куда денется. Кстати о побрякушках… Я зашел в хорошую ювелирку и выдержал атаку желающих угодить продавцов, пытаясь выбрать хоть что-то для моей кукляхи.

Черта с два это оказалось легко. Представить нечто ярко блестящее тут, в витринах, на ней не выходило. А все потому, что, только позволяя себе фантазию, как же та или иная вещица ляжет на ее смугловатую бархатистую кожу, я тут же зверски заводился, все сверкающие камни и драгоценные металлы улетучивались из моего сознания, оставалась лишь одна кукляха в чистом виде.

То есть обнаженной, уже насквозь промокшей и готовой принять меня в себя. В итоге выбрал я какой-то гарнитур «платина, изумруды, с россыпью голубых мелких бриллиантов», как восторженно тарахтела консультант, и, сунув коробочку в карман пальто, поехал наконец к моей мультяхе."

"Стол успел сервировать сам, когда дверь хлопнула, подстегнув мой сердечный ритм получше любого электрошока.