Дурман для зверя читать онлайн

"

"Ага, и несет от меня потным грязным сексом, но этого ты ведь не добавишь, дорогая. А меня отчего-то аж подмывало продолжить испытывать грань ее терпения.

— Да не хочу я пока, — практически огрызнулся и уставился прямо в красивые зеленые глаза. Ну что, продолжишь свои попытки залезть на мой член? Вот такого, пропахшего соперницей, возьмешь, не побрезгуешь?

— Ну тогда я сейчас смотаюсь руки помою в ванную, и будем чай пить. — Она мельком сунула нос в мой холодильник: — Я тебе и бутербродов могу приготовить, мне-то нельзя уже в такое время.

Следить за фигурой надо.

Заботушка-невестушка. А чем тебе тут раковина с водой не угодила? Надеюсь, из ванной ты хоть не голышом выпорхнешь?

Я как раз разлил кипяток по чашкам, как услышал тихие шаги за спиной и Алана прижалась к моей спине, обнимая вокруг торса. Напрягся, взявшись за ее руки, намереваясь освободиться, но вдруг внутри как-то отпустило, что ли. Ее аромат окутал меня, такой когда-то знакомый, записавшийся где-то на подкорке, прижившийся там, пробуждая те ставшие такими далекими, почти забытыми ощущения моего к ней влечения.

С какого такого перепугу я отталкиваю свою пару? Свободу берегу? Но на кой она мне, если так смахивает на одиночество? Или только потому, что временно разум застила похоть к какой-то проходящей девчонке? Той, что провальсирует по моей жизни и уйдет, как только поймет, что держать мне ее нечем. Да и на кой вообще и сейчас держу? Отказываюсь трахаться с Аланой, чтобы бегать, высунув язык от нетерпения, к Аяне. Вот оно мое — признанная зверем вторая половина и родная душа, руку протяни и приласкай, а я, как скотина неблагодарная и кобель конченый, все рвусь куда-то еще. Ну не паскудная ли тварь я после этого?

Чувствуя почти удушье от болезненно-острого стыда, я развернулся в объятиях своей пары и обхватил ее лицо ладонями. Всмотрелся в глаза, ощущая мощный прилив желания и не менее сокрушительное давление вины перед ней.

Захотелось опуститься на колени, прижаться к ее животу, тому месту, где зародятся и будут выношены мои потомки, попросить прощения, унести в постель и окружить теплом и любовью. Аж в горле запершило и в глазах повлажнело от интенсивности навалившихся эмоций, а тело все наливалось и наливалось желанием взять, вспомнить, каково это — ощущать всем существом, каждым сантиметром обнаженной кожи ее ближе некуда.