Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— По нужде, — засмеялась мадам Малая, — надо ходить, а брать надо, пока дают. Он думает, диплом — это уже все.

— Брать или не брать — вот в чем вопрос! — вставил Лапидис.

— Даже два диплома — это еще не все, — сощурилась мадам Малая. — Ладно, кончай болтать, садись делать проект.

Через пять дней Лапидис принес проект. В тот же день завезли доски и сбросили в подъезде. Оля Чеперуха сказала: пусть везут обратно — у нее комната для людей, а не дровяной склад.

— Куда обратно? — спросила Клава Ивановна.

— Ты даешь себе отчет, что мы эти доски с мясом вырвали?

— Я даю себе отчет, — ответила Чеперуха, — но если, не дай бог, надо будет побежать в аптеку, вызвать скорую помощь, значит, мы должны прыгать через доски?

— Ничего, — сказал Клава Ивановна, — тебе только польза — растрясти немножко свой жир."

"— Ой, Клава Ивановна, — застонала Оля, — с вами спорить, надо сначала пуд хлеба скушать. Недаром мой Чеперуха говорит: мадам Малая может поднять покойника и сагитировать его идти за собственным гробом, чтобы лошадям было легче.

— Хорошо, — сказала мадам Малая, — передай ему спасибо за комплимент, а сейчас пусть идет переносить доски. И сама тоже. Надо, чтобы подъезд был свободный.

Через час доски лежали аккуратным штабелем в коридоре у Чеперухи, а еще через полчаса Зюнчик, Олин сын, Колька Хомицкий и Ося Граник сделали себе из них пароход, причем корма приходилась как раз поперек подъезда. На пароходе, поскольку дали гудок к отплытию, заскрежетали якорные цепи, люди, прощаясь надолго, а может быть, навсегда, кричали не своими голосами, из трубы вылетали клубы черного дыма, прочерченные искрами, а все три капитана безостановочно плевали за борт.

Мадам Малая первая почуяла дым и закричала в окно:

— Чеперуха, у тебя горит!

Но Чеперуха не слышала предупреждения, потому что за четверть часа до этого ушла со своим мужем в клуб трамвайщиков, который объединял работников гужевого и электрического транспорта.

Мадам Малая срочно, с ведром воды, спустилась вниз, залила машинное отделение и потребовала, пусть байстрюки немедленно разберут пароход, вернут доски в коридор, как они лежали раньше, а когда Чеперухи придут с гулянки, она поговорит с ними так, что в другой раз им не захочется.

Зюнчик, а вслед за ним Колька и Ося, заявили, что они не прислуга и не холуи, чтобы таскать такие тяжести.

— Значит, сюда можно было, а обратно нет?! — возмутилась Клава Ивановна.