Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Почему-то я не сомневалась, что девушка не раз и не два репетировала перед зеркалом этот томный взгляд, небрежную походку и легкую снисходительную усмешку, играющую на устах. А еще надлежало признать очевидный, хоть и не очень приятный для меня факт: Анабель была просто умопомрачающе, ошеломляюще хороша собой. Гладкие распущенные волосы, такие черные, что цвет уходил в синеву, обнимали ее, подобно плащу. Темно-карие знойные глаза. Алые пухлые губы. Потрясающая фигура, подчеркнутая облегающим платьем из темно-алого же бархата.

Ей даже драгоценности были не нужны, чтобы подчеркнуть необычную, немного восточную красоту. Только узкая золотая диадема тонкой полоской сверкала в прическе, не позволяя волосам падать на лицо.

Я с нескрываемой завистью вздохнула. Похоже, что в этой девушке вообще нет недостатков! Затем посмотрела на Томаса, желая увидеть его реакцию на появление красотки.

Признаюсь честно, поведение лорда Бейрила меня удивило. Он следил за спуском Анабель по лестнице с настолько неприятной ядовитой ухмылкой, словно в уме представлял, как она оступится и полетит вниз, в результате падения неминуемо переломает себе все конечности, а скорее всего — и шею.

Такая злость и ненависть бушевали в обычно спокойных и невозмутимых глазах Томаса, что мне окончательно стало не по себе. Н-да, о любви в данном случае говорить не стоит. Интересно, что между ними произошло? Неужели Анабель оставила его, уйдя к другому? Благодаря незначительным обмолвкам Велдона и его двусмысленным шуточкам я поняла, что прежде эту парочку связывали любовные отношения.

— Томас.

Анабель наконец-то встала на последнюю ступеньку и одарила моего спутника ленивой улыбкой. Провела рукой по волосам, позволив им разметаться блестящей гривой по обнаженным плечам. Ничего не скажешь, красивый и очень эффектный жест. И, опять-таки, наверняка многократно отрепетированный.

— Леди Анабель Гиль, — сухо и подчеркнуто вежливо ответил Томас. Склонил голову в поклоне, который больше напоминал пренебрежительный кивок.

Затем обернулся ко мне, взял за руки и с такой страстью и обожанием посмотрел на меня, что я едва самым некрасивым образом не подавилась слюной.

Ой, почему это он так на меня уставился? Ах да, конечно, мы же влюбленная пара, готовая объявить о помолвке. И я по мере сил и возможностей ответила Томасу таким же взглядом, полным страстного обожания.

В холле повисла долгая пауза, которую никто не хотел прерывать первым.