Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

К чему привязываться⁈ У неё теперь своя судьба. Губы женщины мелко задрожали, и она позволила себе расплакаться, проклиная весь мир, что так обошелся с ней. Она осторожно поднялась с кровати и подошла к окну. Всё внутри болело несмотря на усиленную пока регенерацию. Она открыла окно и посмотрела вниз на отвесную скалу острова, вокруг которого сверкала защитная сеть, способная сжечь любого, кто попытается её пересечь без дозволения. Она долго смотрела на ночной Алмао, позволяя прохладному ветру трепать её распущенные волосы и ночную рубашку.

Совсем скоро ей скажут, кто отец ребенка и её судьба будет решена, стоит ли ждать? Прикрыв глаза, она судорожно вздохнула, позволяя одинокой слезе соскользнуть по щеке и закрыла окно.

Утром весь Алмао знал, что юная императрица умерла при родах так и не сумев разродиться. В Небесной империи был объявлен траур по молодой императрице и не рожденной принцессе, а Шамеру Самаш и его супруга, с которой они уже вырастили двоих сыновей, обрели долгожданную дочь.

Глава тайной канцелярии готов был получать поздравления, но лишь по истечении официального траура в империи. На вопрос, как они с супругой решились стать вновь родителями на склоне лет, Шамеру лишь загадочно улыбался, утверждая, что это дар богов, не иначе.

* * *Казалось, на какое-то время я выпала из реальности. Три дня я провела в покоях, которые были выделены Виан, прежде чем Эйто своей твёрдой отцовской рукой забрал меня оттуда.

"— Толку от того, что ты тут сидишь ноль, пора осваиваться, — припечатал он и началось.

Оказывается, демоны, принадлежащие к огненной стихии — это какие-то неугомонные монстры! Или мой отец только такой, я уж не берусь судить.

Стоило покинуть покои Виан, как мне показали мои собственные, которые располагались рядом с комнатами Эйто и Виан в одном крыле, дождавшись пока я приведу себя в порядок, он потащил меня на «легкий завтрак с приближёнными». Мероприятие проходило в огромной столовой в обществе минимум пятидесяти демонов ближней ветви рода.

Всё это были мои дядьки, тетки, сестры, братья и прочие родственники, начиная с троюродных. Ближе никого не осталось, как сказал Эйто, а этих он срочно вызвал, чтобы представить меня.

Потом была встреча с целым штатом юристов, которым было велено оформить «всё, как полагается». С меня сняли слепок ауры, взяли кровь и на этом велели погулять до поры до времени.