Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

- Так они же наши, российские, к двухсотлетию МВД специально сделаны. Их всего несколько штук, министр особо почетным личностям вручал, и еще пару коллекций через магазины продали. Мой тесть купил, он в ментуре до генерала дослужился, вот и взял себе на память перед тем, как на пенсию выйти. А собака взяла и сожрала. Ищу вот теперь.

- Какая собака? Кого сожрала?"

"Продавец наконец отвлекся от толпы зрителей и обратил внимание на Зарубина. Сережа больше всего боялся, что сейчас подойдет какой-нибудь развеселый туристишка, увидит красивую фигурку и купит ее быстренько за полсотни баксов.

Помешать покупке невозможно, не вызывая скандала, а зачем Сереже скандал? Совершенно он ему не нужен. А если не помешать, то фигурка уплывет, и ищи ее потом… А продавец от всего отопрется, покупка документально не зафиксирована, и скажет этот прыщавый гений лоточной торговли, что никакого рынды он в глаза не видел. И разрешение на торговлю у него наверняка есть, а если и нет, то, значит, местные менты прикормлены и на растерзание его не отдадут.

- Да моя собака, ротвейлер, свирепая до жути. Схватила фигурку зубами, хрясь - и пополам, - вдохновенно врал Сергей, даже не пытаясь сообразить, можно ли перекусить оловянное изделие самыми крепкими собачьими клыками. - Тесть в обмороке, теща в истерике, а жена мне и говорит, мол, ищи фигурку где хочешь и без нее не возвращайся. Вот и ищу уже второй месяц.

Теоретически, можно было бы придумать легенду и попроще, без собачье-обморочных страстей, но для Сережи самым главным было не говорить, что рынду украли.

Потому что продавец тогда испугается, что тот, кто ему толкнул фигурку, сам ее украл, и может возникнуть перспектива уголовного дела о сбыте краденого. Пугать продавца нельзя, иначе он вообще откажется разговаривать. И того, кто принес ему рынду, ни за что не сдаст, будет упираться до последнего и говорить, что нашел фигурку на улице. А потом звякнет кому надо, да и предупредит, что кое-кто насчет кражи интересуется.

И вполне возможно, что милиция. Вот этого уж совсем не хотелось бы.

- Слушай, семейная жизнь рушится… Нет, друг, я все понимаю, у тебя свой бизнес, тебе задешево отдавать невыгодно, ты и так мне навстречу идешь, все-таки двадцать - не пятьдесят, но у меня и двадцати нет То есть шестьсот рублей у меня, конечно, есть, но тогда мне до зарплаты впроголодь жить придется.