Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Если он спас меня, только чтобы изводить бесконечными унижениями, лучше бы этого не делал. Та ошибка, которую я совершила в силу своей юности и глупости, не должна иметь такую цену.

Спустя целую вечность я начинаю дрожать от долгого пребывания в воде, и это выводит меня из кошмарного забвения. Даже не заметила, что все эти минуты плакала, в очередной раз выпустив на волю ту слабачку, которая родилась восемь лет назад. Мне казалось, что я смогла её перебороть. Я думала, что научилась жить без него.

Поворачиваю лицо в их сторону, но наталкиваюсь на пустоту.

Они зашли внутрь. Об этом говорит приглушённая музыка несмотря на то, что в окнах спальни темно. Наверное, они задвинули ночные шторы, чтобы я не смотрела их взрослое кино.

Что ж, ладно. Я поняла тебя, Брайан. С этой минуты я вправе считать, что отбыла своё наказание в тюрьме строгого режима, и я полностью искупила свою вину. Больше не позволю вытирать об себя ноги.

Воспылав злостью, вылезаю из бассейна, намеренно оставляя в нём свои тряпки, и уверенной походкой отправляюсь в дом через другой вход.

Голышом, разумеется. Они всё равно слишком заняты друг другом, чтобы меня заметить.

ГЛАВА 8 НЕДОБРОЕ УТРО

Брайан

Утро бывает недобрым, даже когда оно начинается с приставаний Ханны. А всё дело в том, что я ни хрена не выспался, как планировал. И дело отнюдь не в бессоннице, которой теперь я был бы даже рад. Проснулся я посреди ночи от того, что кончил прямо во сне. Подобного фиаско со мной не было с подросткового возраста, когда я впервые узнал, что такое «поллюция».

То, что я вытворял в своей виртуальной реальности, даже с натяжкой нельзя назвать сексом. Это было жёсткое, разнузданное и чертовски опьяняющее безумие в позах, которым позавидовали бы самые опытные эквилибристы. Мне никогда не снились такие реальные сны. Я чувствовал ладонями бархат её кожи, ощущал вкус её тела, словно воочию слышал, как она возбуждающе стонет. Думаю, не стоит упоминать, что она — это моё кареглазое наваждение?

Стараясь не углубляться в причины своей осечки, принял душ и отправился в кабинет, проверить, чем занимается эта кудрявая нудистка.

Она спала, снова сжавшись в комок, будто ей холодно, поэтому на фоне белых простыней казалась особенно крошечной.

Мне её не жаль, совсем не жаль.

Отмотал запись на несколько часов назад, обалдел от её расхаживаний в голом виде по моему дому, а потом взбесился от того, что снова чуть не спустил в пижамные штаны. Это что, б**дь, такое? Она снова меня сглазила, однозначно.