Его вторая семья (СИ) читать онлайн

Такой аккуратный, ничем не примечательный, на спокойной улочке, где летом вокруг все зеленое.

Передернулась и машинально взяла какао.

Дэн выпрямился, с каменным лицом уставился в телевизор.

— Денис Соколов — титулованный спортсмен. Тот самый сын легендарного мастера спорта Андрея Валерьевича Соколова, — бодрым голосом сказала в камеру журналистка. — И сейчас мы находимся возле дома Полины Ризовой, матери внебрачного сына Дениса. Буквально на соседней улице находится дом самого боксера. Интересно? Нам тоже.

Ее палец с длинным синим ногтем нажал на звонок.

Вкуса какао не чувствую.

Но чашку держу, и боковым зрением вижу, как напрягся Дэн.

На экране распахнулась дверь и показалась взволнованная Полина.

Захотелось чашкой запустить в телевизор, страшно даже, с какой силой я ненавижу бывшую подругу.

Полина пригласила журналистов домой.

Она растерянной выглядит, напуганной, но это все фальшь, у этой дряни глаза блестят, словно ее сейчас награждать будут.

Камера снимает обстановку. Просторную прихожую и детскую красную курточку на диване.

Счастливое семейство, изображенное детской рукой, и я на заднем фоне.

— Это сын на день рождения рисовал, папе, — скромно пояснила Полина. Убрала за ухо выбившуюся из прически волнистую прядку. — Недавно отпраздновали семилетие.

— А что же Денис рисунок не забрал? Не приходил?

— Приходил.

Покосилась на Дэна.

— Я у них не был, — шепнул муж. — Я в баре был.

— Где же сам Матвей? — вопросила журналистка и завертела головой. — Судя по фотографиям — он маленькая копия Соколова.

— Сын очень похож на Дениса, — с гордостью заверила Полина и, виляя бедрами, пошла по коридору. Толкнула дверь в детскую и замерла в нерешительности, закусила губу. — Я бы все же… ох, не думаю, что это хорошая идея. Матвей очень скромный мальчик.

— Да? Расскажите о нем побольше, — репортёр нагло протиснулась мимо Полины в детскую и оттуда полился ее сладкий голос.

Камера поплыла по комнате. Показала зрителям смешную кроватку с героем мультика в изголовье, робота, брошенного поверх пушистого покрывала.

Сам Матвей в угол забился, притих там, где стоял маленький столик и стульчик.

А меня впервые за все дни жалость кольнула к этому ребенку, представила его стресс и вздохнула.

А потом увидела детские глаза, горящие любопытством.