Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он покопал немного, затем осторожно раскидал землю вокруг ямы, чтобы враг ничего не заподозрил, когда будет оглядывать местность в бинокль.

— Ты помнишь Неду? — спросил он через несколько минут, расширяя вырытый окоп, чтобы укрыть там Шеркат. Неда Ага-Солтан, двадцатишестилетняя иранская девушка, была убита снайперским выстрелом во время акции протеста в 2009 году[57]. Двадцатиминутный видеоролик с ее смертью разошелся по миру через Интернет.

Шеркат снова повернулась и посмотрела на него. В ее черных глазах таилось подозрение.

"— Что ты знаешь о Неде?

— Я знаю, что ее убил кто-то из Пасдарана прямо на улице Тегерана.

Гил отпил из фляги. Пасдаран — корпус стражей исламской революции, военно-политическая организация, поддерживающая иранское правительство.

— Также я знаю, что она была среди демонстрантов, выступающих за права иранского населения.

— Никто не знает, кто убил Неду, — проигнорировала его слова Шеркат.

— Нет, вы знаете.

Он снова принялся копать.

— Даже в вашей стране есть хорошие люди. Не одни бандиты и наркоторговцы.

Она завертела головой, шипя.

— Я не контрабандистка, а вот ты убийца.

Он присел на корточки.

— Твой отец в месяц убивает больше людей, чем я убил за все годы службы во флоте. Но все правильно, правда. Они же всего лишь неверные.

Она глупо улыбнулась и снова отвернулась.

— Копай свою могилу, американец. Копай могилу и оставь меня в покое.

Он хихикнул, пробормотав:

— Это твоя могила.

Немного покопав, он снова спросил.

— Аль-Назари… он был твоим мужем?

— Он был больше, чем просто муж, — гордо ответила она.

— Он был герой. А теперь он святой мученик.

— Но он же был суннитом, а ты — шиитка.

Она рассмеялась.

— Кто это тебе такое сказал? Я не из семьи шиитов.

Она заметила обручальное кольцо на его руке.

— Что твоя жена думает о такой работе?

— Она точно не знает, чем я занимаюсь. Но если от этого тебе станет легче, то знай: возможно, я ее больше никогда не увижу.

Она полностью повернулась к нему лицом. Гордого выражения на нем уже не было.

— Мне очень больно.

— А ты держишься как чемпион, — подбодрил он ее. — Боюсь, что, если дам тебе морфин, потом ты не сможешь со мной идти.

Он остановился передохнуть, оставил лопату и снял куфию с головы.

— С другой стороны, из-за этой боли ты можешь преждевременно родить, поэтому выбор невелик.

Он перерыл свою личную аптечку. Затем впрыснул ей небольшую дозу морфина в раненое плечо. Ей сразу стало легче, с лица исчезло напряжение, расслабленная, она прикрыла глаза.