Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Нарушениями границы по Амуру обычно занималось руководство Амурского казачьего полка, Горная стража, городские исправники да полицейские урядники в станицах, в зависимости от того, на чьей территории произошло нарушение границы.

– Удивлен, Тимофей?

– Да, ваше благородие, – я предельно честным взором уставился в переносицу поручика.

– Рассказывай, Тимофей.

– О чем, ваше благородие?

– Почему ты напал на представителей китайской армии?

– Для меня они были хунхузами, которые незаконно пересекли границу Российской империи! – я прямо и твердо взглянул в глаза жандарма.

– Ты что, не видел, что на них одинаковая форма? Вооружение? Что с ними офицер? А понимал, что нападение на них может привести к дипломатическим осложнениям между нашими государствами?

– Ваше благородие, когда в прошлом году в наших краях уничтожили банду Золотого Лю, в ней тоже все были в форме циньских всадников.

– Я в курсе этой истории, – ухмыльнулся жандарм. – Причем в курсе того, как на самом деле все было.

И меня, честно говоря, не волнуют все те махинации, к которым прибегло командование полка, чтобы достойно выглядеть в глазах генерал-губернатора из-за гибели его родственников. Но сейчас ты и твой названный брат Роман Селеверстов могли спровоцировать конфликт между двумя государствами. Ты меня понимаешь?

– Никак нет, ваше благородие! Любой бандит или вражеский солдат, творящий безобразия на российской земле, подлежит минимум задержанию, максимум уничтожению.

– Ты дурака-то мне не включай! – Поручик с раздражением посмотрел на меня.

– Все ты прекрасно понимаешь. Не просто так солдаты пересекли границу, преследуя спасенных тобою старого корейца и молодую девушку. Презрев границу между двумя государствами, преследовать могут только очень важных преступников, за которых ты, кстати, оригинально заступился, уничтожив всех преследователей. Ты понимаешь, что вы убили солдат, которые исполняли свой долг, и теперь возможны осложнения с императрицей Цы Си?

– С такой точки зрения прошедшие события я не рассматривал.

«Слабоватый наезд, – отвечая, думал я про себя. – Сюда бы нашего особиста подполковника Лазарева, который курировал отряд в Афгане. Вот это зверь был. Запугать мог так, что не только солдаты, офицеры у него в ногах валялись, моля о прощении. А здесь детский сад, младшая группа».

– Что тебе стало известно о спасенных тобой? Что они рассказали о себе? – задал очередной вопрос жандарм.