Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вот мы с Сергеем Михайловичем и решили напомнить вам, что по метрике вы родились двадцать седьмого ноября двадцать лет назад. Надо исправляться, Тимофей Васильевич. Неужели на день рождения не пригласите?!

Духовский не выдержал и фыркнул. Видимо, видок у меня был ещё тот. Типа – пыльным мешком из-за угла ударенный и оглушённый. Цесаревич, закончив фразу, продолжал с улыбкой смотреть на меня.

– Ваше императорское высочество, – я с трудом вытолкнул из себя эти слова, – последний раз именины я отмечал девять лет назад, когда были живы ещё родители.

А потом как-то не пришлось. Если честно, то я забыл об этом.

Я замолчал и почувствовал, что краснею. Я действительно забыл о дне ангела и дне рождения Тимохи. И то, что восемь лет до сегодняшнего дня именины, можно сказать, не праздновал, также было правдой. Пока был жив дед, тот на День ангела, как правило, двадцать восьмого ноября, два года дарил какой-нибудь подарок, и всё. У Селевёрстовых я о своих именинах не напоминал. И так было неудобно за их заботу.

Поэтому в этот день уходил к себе на хутор. В училище и после него в Питере на учебе у генерала Черевина как-то не до именин было.

– Тем более надо сп’авить, – с французским прононсом и врождённой картавостью произнёс Духовский.

– А ещё добавлю, что подарки готовы, – Николай подошёл ко мне и положил руку на плечо. – Так что, Тимофей Васильевич, от данного мероприятия вам не отвертеться.

– Я это уже понял, – ответил я, быстро просматривая список гостей на листке, который мне дал цесаревич.

«А ничего себе списочек получается, – подумал я, – если учесть, что именинник всего лишь хорунжий. – Его императорское высочество Николай Александрович, барон Корф с супругой, генерал Духовский с супругой. Это главные супергости. Ага, сын-наследник президента и два губернатора на днюхе у лейтенанта. Оху… Охренеть, одним словом. Что дальше? Офицеры конвоя с супругами, Волков, Кораблев – это мой ближний круг общения. С этими понятно. Далее следуют офицеры свиты, полицмейстер Чернов с супругой, главный местный жандарм Савельев с супругой, Банков – это с кем работаю.

Городской староста Балахович с супругой, купеческие представители в лице купца первой гильдии Богданова со старшим сыном, которых привечает барон Корф, и купец первой гильдии Тифонтай – это яркие представители города. Особенно последний».

Хабаровский купец Цзи Фэнтай, или, как его все звали, Тифонтай, китаец по происхождению, в семидесятые годы служил переводчиком в инженерной дистанции.