Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— На Днипро, атамане! — не унимались хлопцы.

— Истинно так, кто куда! — завопил Гундос, беглый из-под Серпухова.

— Врешь! — перебил его Гаврюха Ильин. — Не за тем я с Дона убег, чтобы от батьки отстать. Брехун ты! Ведомо мне, что батьку на Дону ищут, спят и видят, как бы выдать его царю. Чьи головы к плахе осуждены?

— Браты, продали нас Гаврила заодно с Ермаком! — не унимался Гундос."

"Страсти разгорались.

— Батьку на круг! Пусть ответ держит!

Гул катился по буераку, ревели десятки здоровенных глоток, казаки свистели, заложив пальцы в рот, хватались за сабли…

Ермак вышел из шатра, уверенный в себе, спокойный.

Поднялся на колоду, снял шапку и твердым взглядом обвел толпу, ожидая, когда она стихнет. Как и всегда, покоренные властной его силой, люди перестали кричать, затихли.

— Звали? В лиходействе обвинили? — отрывисто спросил Ермак и пронзительно глянул в ту сторону, где особенно шумели.

В толпе повольников произошло замешательство. Гундос спрятался за спины других, кое-кто потупился.

— А подумали, кто купит вас? — язвительно спросил атаман.

— В одиночку вам грош каждому цена! На первом перепутье стрелец иль городовой казак убьет. Только бражничать вам да горло драть! Слушать меня, казаки! — загремел Ермак. — Сила наша и могущество в громаде! Надо беречь эту силу!.. А кто помыслит иное словом или делом, тому будет гибель…

Злой голос вырвался из толпы:

— Ты не стращай, ты о казне скажи! К чему затаил? Убечь один задумал?

Ермак нахмурился:

— Баклашкин голос слышу! В бою худой казак, а на дуване первый… Матвей, подь сюда! — позвал Ермак хранителя ватажных денег.

На середину вышел Мещеряк.

— Казна у тебя?

— Целехонька, вся до копеечки, до денежки в сохранности.

Ермак страшным взглядом глянул на Баклашкина. Тот побледнел и задрожал.

— Браты, — воззвал Ермак к кругу. — Дуванить, может быть, удумали? Решай! Только глядеть вперед надо. Подумать надо о том, кто казну добыл: Баклашкин иль все войско?

— Войско! — одним дыханием, облегченно вздохнул круг.

— Войско сбивали великими трудами, уряд казачий твердо установлен.

Так что же, порушить его и войску разбрестись? В холопы, что ли, к боярину пойти?

— Сам купцу Строганову нас продал! — истошно закричал Гундос.

— Казак — человек не продажный! — под гомон одобрения ответил атаман. — Мы с Дону пришли, кровно сроднились. Никита с Днепра со своими пришел. Все — честные лыцари. Спроси их, продадут они Никиту?

— Николи от века того не будет! — заорали дружно сотни глоток.