Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Хантазей шел впереди и по старой привычке разглядывал следы зверей:

— Тут лис пробежал, а это бурундук… Вот соболь… Ах, ах, бежать за ним, да в пауль идти надо!

У дымных чумов яростно залаяли псы. Хантазей весело прищурил глаза, успокоил:

— Холосо, сибко холосо. Хозяева из чума выходить будут, радоваться гостям. Ой, холосо!

На белой оснеженной поляне резко выделялись пять черных чумов, освещенных загадочным светом северного сияния. Из них выбежали проворные люди в малицах и отогнали собак. Хантазей заговорил с хозяевами, показывая на казаков, и повторял:

— Рус, Рус…

— Русс… Русс! — повторяли вогулы, радуясь приходу гостей, радушно зазывая их в чумы.

Скуластые плосконосые женки, украшенные лентами и бляшками, стыдливо опускали глаза. Иванко Кольцо ухватил одну косоглазую за подбородок и засмеялся:

— У, милая, до чего ж хороша!

Казак Колесо, великого роста и простодушный, отозвался:

— Что поделаешь, на чужой сторонушке и старушка — божий дар.

Глаза казаков были ясными, шутки искренними, ласковыми.

Вогулы чутьем угадывали, что пришли друзья. Казаки забрались в первый чум. Шкуры насквозь прокопчены дымом, который вьется вверх и ест глаза. Кругом нары, покрытые оленьими шкурами. Хантазей присел у камелька, разжег свою коротенькую трубку и глубоко затянулся.

— Ой, сибко холосо!

На лице вогулича — довольство: он стал раскачиваться и распевать веселое

Запрягу двух седых,

Самых быстлоногих олесек,

Поеду в гости,

Буду есть чужое

чч-чч-чч…

Казак Колесо хлопнул Хантазея по плечу:

— Вижу, жаден ты на чужое!

Вогулич подмигнул: глаза его смеялись.

Он ответил казаку песней:

Ко мне приедут гости,