«Если», 2009 № 04 читать онлайн

Вообще все в гритольдской части Лирова было крохотным и древним, хотя и весьма ухоженным. Четырехэтажные здания возвышались над соседями, как крепости феодалов эпохи Приплывших, узкие, но очень прямые улочки вели к длинной, но тоже узкой площади, а переулки, годившиеся лишь для пешеходов, в Царьграде никому не пришло бы в голову поместить на план города. Храм Короля-Сокола, по словам Грамона, весьма знаменитый, представлял из себя просто круглую двухэтажную постройку, едва ли способную вместить под свой купол больше сотни прихожан одновременно, с торчащей из середины башней сажен в двадцать высотой.

Башню венчала золотая фигура сокола, хотя, с точки зрения Кея, фигура могла бы быть и побольше, из обычного крашеного железа — разницы никто бы не заметил.

Куда больше заинтересовали Римти сами горожане. Сутулиться здесь, похоже, просто не умели. Никто, даже старики с палками, даже торгующие фруктами в уголке площади старухи. Одеты гритольдцы были просто донельзя аккуратно. Вышедший из низов, чтобы не сказать из отбросов, имперского общества Кей вынужден был заключить, что таковых здесь просто нет, по крайней мере, в приграничном Лирове.

Хотя в зажиточности горожан «упрекнуть» было трудно — видел он и рубахи с тщательно залатанными прорехами, и даже подвязанную веревочкой подошву сапога на гордо, хоть и покачиваясь, вышагивавшем старике с сизым носом. В целом же Кею понравилось: красивые женщины, красивые дети, вежливые мужчины, все опрятные, все улыбчивые… И все с оружием. Даже сопливые девчонки лет пятнадцати, толпившиеся в одном из переулочков, и те щеголяли кинжальчиками на поясах. Римти спросил о странном обычае Грамона, но посланник лишь предположил, что дело в неспокойной обстановке на границе.

И тогда Кей попытался представить, что произойдет, если сюда ворвутся орды пьяных, ненавидящих на этой земле каждый камушек «нелюдей». Словечко, услышанное от сотника, как-то само собой привязалось к миссии и поехало с ней, хотя употребляли его имперцы с иронией.

С иронией и… с ощущением какой-то внутренней свободы. Будто мама далеко, и можно ругаться, и можно не мыть потом язык.

Фасад гостиницы «Лировский сокол» выходил на площадь и так же, как и название, не потрясал воображение. Просто стена с окнами и дверью, к которой вели несколько ступеней. Даже вывеска существовала отдельно от древней постройки — на воткнутой в газон табличке. Насколько понял Кей, имперцы оказались единственными постояльцами.