Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Тихая улыбка и томный взгляд делали его совсем не похожим на Холмса-ищейку, Холмса-сыщика – безжалостного, проницательного и умелого. В его необычном характере уживались, поочередно сменяя одна другую, две натуры, и мне представлялось, что точность и рациональность мысли бывали реакцией на поэтическое, задумчивое настроение, временами им овладевавшее. От полной расслабленности он легко переходил к энергичным действиям, и я знал из опыта, что как раз после долгого безделья в кресле со скрипкой или старопечатной книгой в руках он проявлял в полной мере грозную мощь своего ума.

Именно в таких случаях на него находил вдруг охотничий азарт, мысль взмывала до степени интуиции, так что не знакомые с его методами наблюдатели смотрели на него как на мудреца, владеющего знаниями, недоступными прочим смертным. Глядя, как он тем вечером упивался музыкой в Сент-Джеймс-Холле, я понимал, что для тех, на кого он открыл охоту, близится поистине грозный час.

– Как я понимаю, доктор, вам теперь хочется домой, – заметил Холмс, когда мы вышли на улицу.

– Да, неплохо бы.

– А у меня есть еще дельце, которое займет не один час. Эта история на Кобург-Сквер может иметь серьезные последствия.

– Почему?

– Задумано крупное преступление. У меня есть все основания рассчитывать, что мы успеем его предотвратить. Но сегодня суббота – это осложняет ситуацию. Мне понадобится вечером ваша помощь.

– В какое время?

– Думаю, мы не опоздаем, если встретимся в десять.

– В десять я буду на Бейкер-стрит.

– Отлично.

И знаете, доктор, дело не вполне безопасное, так что будьте любезны, положите в карман свой армейский револьвер. – Холмс махнул рукой, повернулся и мгновенно исчез в толпе.

Вряд ли меня можно причислить к самым отъявленным тугодумам, но, сопровождая Холмса в его расследованиях, я всегда бываю угнетен сознанием собственной глупости. Я видел и слышал то же, что и он, однако из его слов следовало, что как предыстория, так и будущее развитие событий не составляют для него тайны, меж тем мне это дело представлялось запутанной несуразицей.

По дороге к себе в Кенсингтон я перебирал в уме все события: от поразительной истории рыжего переписчика энциклопедии до нашего визита на Сакс-Кобург-Сквер и зловещего предупреждения, сделанного Холмсом напоследок. Какова цель ночной экспедиции и зачем мне следует вооружиться? Куда мы направляемся и что будем делать? Холмс намекнул, что безусый помощник ростовщика – незаурядный человек, который ведет свою игру.