Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ваше искусство превзошло все, что я о нем слышал. А сейчас я помчусь к моему дорогому мальчику – принести извинения за свою неправоту. Что до несчастной Мэри, ее судьба разрывает мне сердце. Даже вы, с вашей проницательностью, вряд ли укажете мне, где она сейчас.

– Думаю, мы можем с уверенностью утверждать: она там же, где и сэр Джордж Бернуэлл. Не менее ясно и то, что, каковы бы ни были ее прегрешения, в скором времени она будет жестоко за них наказана.

Приключение XII

Усадьба Медные Буки"

"– Поклонники искусства для искусства, – заговорил Шерлок Холмс, отбросив страницу объявлений из «Дейли телеграф», – нередко получают наибольшее удовольствие от тех его образцов, что не относятся ни к самым значительным, ни к самым возвышенным.

Мне приятно отметить, Ватсон, что вы неплохо усвоили эту истину и, взявшись по доброте своей вести сжатую летопись наших расследований – которые, вынужден признаться, склонны временами приукрашивать, – на первый план выдвигаете не столько многочисленные causes célèbres [29]и сенсационные судебные процессы с моим участием, сколько случаи по видимости тривиальные, но зато дающие возможность применить метод дедукции и логического синтеза – словом, обратиться именно к той области, какую я себе облюбовал.

– Однако же, – отозвался я с улыбкой, – до конца опровергнуть обвинение в налете сенсационности мне не удастся.

– Вы, скорее всего, не правы… – продолжал Холмс, подцепив щипцами тлеющий уголек и раскуривая им длинную трубку из вишневого дерева, которой он обычно заменял глиняную, когда склонен был скорее поспорить, нежели поразмышлять.

– Вы, скорее всего, не правы, стараясь оживить и расцветить красками каждый свой отчет, вместо того чтобы ограничиться строгим описанием хода мысли от причины к следствию; собственно, в любом деле только это и заслуживает внимания.

– Мне кажется, я неизменно воздаю вам должное, – довольно сухо заметил я: меня покоробило самомнение, которое, как мне не единожды доводилось убеждаться, было весьма заметной чертой в своеобычном характере моего друга.

– Нет-нет, заносчивость и тщеславие тут ни при чем, – сказал Холмс, откликаясь, по обыкновению, не на мои слова, а на мои мысли. – Если я призываю воздать должное моему искусству, то единственно потому, что оно безлично – оно обретается вне меня. Преступление заурядно. Логика – большая редкость. И посему не на преступлении, а на логике вам следует сосредоточиться. Вы же подменяете лекционный курс чередой побасенок.