Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Анна же смотрела на полковника испытующе, поймать ее взгляд Роберту никак не удавалось.

– Поэтому наши враги разработали новый метод. – Васильев уже давно не улыбался, его лицо было сосредоточенным и строгим. – Они активно продвигают идею всеобщего ядерного разоружения. Так называемая Разрядка, если вы обратили внимание, началась сразу после Чернобыльской катастрофы. Это не случайное совпадение. Есть сведения, что Мигранты очень испугались, как бы человечество не погубило Землю по собственной дурости и неосторожности.

– Минутку. Что-то я не понял, – вскинул руку Дарновский. – Вы сказали «активно продвигают». Но каким образом? Что у них тут, свои представительства, что ли?

– Не представительства – представители. Мигранты умеют влиять на поведение людей, подчинять их своей воле. Особенно их интересуют государственные и общественные деятели. Своим агентам наши враги расчищают путь наверх, помогают делать карьеру, пробиваться на ключевые должности.

Для того в великих державах и созданы строго засекреченные структуры вроде нашего Санатория. Их задача – руководить Сопротивлением, то есть противодействовать Мигрантам: выявлять предателей и вражеских агентов, срывать их козни. Еще в начале шестидесятых при Комитете был создан секретный «космический отдел». Тогда там работало всего полтора десятка сотрудников. Я попал туда мальчишкой, сразу после института. Впоследствии, когда размеры угрозы стали яснее, отдел был преобразован в серьезную структуру с мирным названием Центр профилактических разработок.

Санаторий – это название неофициальное, от латинского sanatio, то есть санация, оздоровление. Аналогичные учреждения есть в США, Британии, Франции, Японии и ФРГ. К сожалению, из-за «холодной войны» долгое время сотрудничество между нами почти отсутствовало. Есть мнение, что противостояние Восток-Запад тоже было спровоцировано Мигрантами.

Старый принцип «разделяй и властвуй».

Роберту наконец удалось привлечь внимание Анны.

«Что ты про все это скажешь? И еще: что на самом деле думает этот полковник?».

«Я не знаю. Не знаю… Но этот человек верит в то, о чем говорит. Будь осторожен. Когда будешь принимать решение, решай не рассудком – душой».

Дарновский сдвинул брови.

«Какое решение?»

«Скоро узнаешь».

«Как это – душой?»

«Сам поймешь».

И она снова отвернулась.