Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Почему ваш капитан говорил, что Дарлох — дурак?

— Потому что он пожаловался, — проворчал конвоир.

— А у вас это запрещено?

— Нет. Но этого не любят.

Тевено обмозговал то, что услышал. Орен совершил проступок, может, преступление даже, и капитан его наказал. Вроде бы серьезно наказал, судя по тому, как рассержен был Орен. А на самом деле? Подумаешь, меч капитан у него отобрал! Топор-то ведь оставил и, судя по вчерашнему, кутху топором убивать было сподручнее. То есть все наказание в том, что он дал Орену задание, которое тому не шибко нравилось.

Но служба — она и есть служба."

"Орен избил своего товарища за то, что он поступил противно его, Орена, вере. Однако у Дарлоха может быть своя вера. И пожаловаться он имел полное право. Однако получается, что «красные куртки» сочувствуют не побитому Дарлоху, а Орену. Включая капитана, наказавшего преступника.

Выходит, к этому все и сводится — «чего стоит стражник, который позволяет себя избить»?

— Не понимаю я вас, — с тихим отчаянием сказал Тевено.

— Ну, людей из крепостей, из городов. Злые вы. Безжалостные.

— Это верно, — отозвался Орен. — У людей, что пришли из-за леса, свои порядки, и жестокие это порядки. Мало кому они по нраву, даже самим этим людям. Есть такие, что этому противятся. И оружием, и кое-чем иным. Но вряд ли они чего-нибудь добьются. Города все равно будут построены, дороги — проложены, земля — распахана. И если все это уничтожить, жизнь на этом берегу не станет такой, как была раньше. Там, где вырублен лес, никогда не вырастут прежние деревья.

Привыкай.

— А если я не могу? Что делать?

— Уходи на другой берег. Там лес не тронут, нет ни городов, ни крепостей. Там даже деревень почти нет.

Наверное, он говорил правду. Тевено за всю жизнь не то, что не был за рекой, но даже не встречал человека оттуда. За рекой — это было все равно, что иной свет.

— Но там ведь кто-то живет?

— Живет. Но если ты думаешь, что, уйдя от власти дукса, короля… охранников и надсмотрщиков, ты найдешь свободу, то ошибаешься.

Там тоже есть власть. Другая власть. И другие порядки, и другая жестокость. Но есть.

Жутко было от этих слов, и, чтобы избавиться от наваждения, Тевено спросил:

— А ты откуда знаешь? Сам-то был за рекой?

— Был, — сухо ответил Орен и замолчал. Через некоторое время Тевено стало ясно, что замолчал он надолго. Возможно, ему стало неловко, что он так разболтался, а может, он просто уже сказал, что хотел.

Остальная четверка заметно отдалилась от них.