Name: Финал
Author: Стефани Гарбер

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Если слуг превратили в живых марионеток в то же самое время, когда был убит граф, то с тех пор минул, по меньшей мере, целый день. Большинство из них, похоже, лишилось чувств: головы безвольно склонились на грудь, а тела продолжали рывками перемещаться по сцене.

Телла бросилась к амфитеатру, надеясь, что людей еще не поздно спасти.

– Похоже на проделки Безумного Шута, ведь именно он наделен способностью оживлять объекты. Должно быть, он привязал к их рукам и ногам веревки, заставляющие двигаться с помощью магии.

– Как нам это исправить? – спросила Скарлетт. – Когда Отравитель превратил ту семью в каменные статуи, он хотя бы записку оставил.

На сей раз на сцене никакого послания не было."

"– Думаю, нам просто нужно перерезать веревки или развязать их, – высказал предположение Хулиан.

Что оказалось легче сказать, чем сделать. Руки и ноги бедных слуг двигались все быстрее с каждой предпринятой попыткой освободить их. У Хулиана единственного был при себе нож, и он отдал его Скарлетт. Всем троим пришлось невероятно трудно: они были вынуждены то и дело отпрыгивать назад, чтобы избежать удара ногой в живот или локтем по лицу, когда пробовали развязать путы.

К счастью, Николя не держал большого штата слуг.

Всего их было полдюжины. После освобождения ни один не оказался в состоянии стоять на собственных ногах, и сердца их еле бились.

– У хозяина в теплице есть снадобье для обработки ран, чтобы избежать воспалений, – с трудом пробормотал пожилой мужчина, срывая с лица сгнившую черничную маску.

Телла решила, что это дворецкий. Исполненными печали глазами он оглядел своих распростертых на сцене собратьев-слуг.

Хулиан принес лекарство, Телла сходила за водой, а Скарлетт достала из маленького шкафчика чистые отрезы ткани, чтобы перевязать содранную на запястьях и лодыжках кожу слуг. Делали они это в молчании, ни словом не обмолвившись о том, что случилось с Николя, но и никто из слуг ничего не спросил, заставив Теллу заподозрить, что они, должно быть, уже знали.

Или и без того натерпелись ужасов и не хотели знать.

Все сдавленно бормотали слова благодарности, старательно отводя глаза, словно стыдясь того, что с ними сделали. Только мальчик с кудряшками смотрел прямо на Теллу. Он даже одарил ее кривоватой улыбкой, как будто в его представлении она являлась героем, что, конечно же, было не так. Наоборот, частично именно из-за нее Мойры вновь обрели свободу. Она поклялась себе, что постарается все исправить.